— Бертран пытался поправить измочаленные наплечники, однако это не удавалось. Он грустно усмехнулся и снял шлем.
— Если остались живые, приведите ко мне одного, — сказал Каспар, спустился на землю и стал искать оброненный меч. Подошел Фундинул и показал несколько порезов на руках. Каспар достал котомку мессира Маноло и обработал раны.
— Тут около трех десятков, — оглядев поле боя, сообщил Бертран. Ему снова досталось по ногам — небольшой укол и удар щитом, одна нога совсем не гнулась.
— Немало намолотили, — сказал Углук, стараясь отвлечься от неприятного — его порезы натирали жгучей мазью.
— А что будет в Синих лесах, которые просто кишат этими уйгунами? — вздохнул Фундинул, полируя лезвие топора пучком сухой травы.
— Непросто будет, — согласился Бертран.
— Но мы справимся, правда, ваша милость? — гном вопросительно посмотрел на Каспара.
— Обязательно справимся, Фундинул, — ответил тот. — У нас ведь приказ герцога.
26
Даже в самую сильную жару в башне магического ордена Кошачьей лапы было холодно.
Прежде принц Гвистерн не обращал на это внимания, но теперь, когда ему приходилось жить в башне, терпеть холод просто не было мочи.
Особенно трудно приходилось ночами. В то время как Харнлон и все королевство задыхалось от летнего зноя, бывший принц, официально считавшийся мертвым, дрожа от холода, укрывался несколькими шерстяными одеялами. Но и это не всегда помогало.
После очередной бессонной ночи Гвистерн твердо решил добиться от грандмастера разрешения переселиться в комнату с камином; таких в башне было несколько.
Завтрак принес молчаливый послушник младшей степени посвящения. Гвистерн с отвращением поковырял овсяную кашу, съел кусок хлеба и запил стаканом морковного отвара.
Кормили здесь куда хуже, чем во дворце.
Выбравшись из своей комнаты, принц отправился искать грандмастера. Первым делом он поднялся в круглый зал, где собирались лучшие маги ордена, когда требовалось соединить усилия. Большинство братьев передавало ордену свою силу с помощью магических рубинов, лежавших на полочках в стенах зала.
Каждый рубин обозначал отдельного члена ордена.
Пламя факела, висевшего у входа в зал, сменило цвет с красного на зеленый, показывая, что можно войти. Гвистерн толкнул кажущуюся тяжелой дверь и вошел.
— Да пребудет с нами Сила, грандмастер!
— Сила и власть да пребудут с нами.
Сегодня Алвин выглядел как пожилой, убеленный сединами человек, он сидел за массивным столом черного дерева и пристально всматривался в Глаз Огра.
