— Быстрее, кто-нибудь! Убейте их! — запаниковал лорд.
Гельфиги снова взялись за луки, рейтары бросились в атаку, а лорд Кремптон, поняв, что дело плохо, с разбегу запрыгнул в седло, дал лошади шпоры и понесся прочь, подальше от места, где черные мечи с пылающими на лезвиях рунами резали кольчуги и щиты, словно масло.
— Уходим! — крикнул он на прощание, увлекая за собой нескольких приближенных.
Когда последние рейтары умчались в лес и попрятались в кустарнике, Гвистерн распрямился и перевел дух.
— Это производит впечатление, — сказал он, глядя на громоздящиеся вокруг ваффенов окровавленные тела.
— Где вы отыскали этих монстров, грандмастер?
Алвин горделиво приосанился.
— В одном далеком и очень странном мире, где все законы магии очень сильно искажены.
— Ну теперь-то Проныра точно не уцелеет!
В хрустальном шаре было видно, как ваффены, постояв неподвижно еще несколько мгновений, одновременно развернулись и двинулись по следу Каспара Фрая. Они еще никогда не терпели поражений.
27
Рассвет застал Каспара и его отряд в седлах, лошади бодро шагали по едва заметной тропе, и только Шустрик отвлекался на каждый пучок зеленой травы, но гном сердито дергал поводья, и мулу приходилось идти дальше.
Солнце поднялось над горизонтом, стало припекать. Скоро поросшие кустарником холмы остались позади, и отряд двинулся по открытой равнине.
Далеко впереди, у самого горизонта темнела полоска — то ли лес, то ли горы, до них еще нужно было дойти.
— Ваша милость, а когда мы въедем в эти самые Западные земли? — спросил Фундинул.
Долго молчать для него было столь же суровым испытанием, что для Углука — голодать.
— Думаю, уже скоро, но бывать там мне еще не приходилось, — ответил Каспар.
— Мы на самой их границе, — заявил Углук и вздохнул, его снова мучил голод. — Вы сразу почувствуете, когда мы ее пересечем, там все выглядит по-иному.
Слышать подобное было странно — что значит «по-иному»? Даже невозмутимый Аркуэнон бросил на орка удивленный взгляд.
Дальше ехали в полном молчании.
В полдень, когда жара стала невыносимой, остановились на привал в крохотной, приютившейся на берегу озера рощице. Костер разводить не стали, хотя Углук и предлагал наловить рыбы и сварить из нее уху. Пообедали остатками галет и сушеного мяса.
Дождавшись ослабления зноя, вновь пустились в дорогу, и вскоре Каспар разглядел впереди темную, словно выжженную полосу.
— Вот и граница, — сказал Углук.
