Отдыхали и другие пленники, только Углук все еще был полон сил и в одиночку подчищал то, что приносили. Фундинул, хотя и был знаком с повадками орка, смотрел на него с нескрываемым изумлением.
— Что, ослаб, мелкота? — поддел его орк.
Гном не нашел сил ответить, только вздохнул.
— Всем ли довольны гости? — Голос княгини легко перекрыл царивший в зале гомон.
— Да, ваша светлость, — ответил Каспар, привставая. — Весьма довольны.
— Может быть, гости желают отдохнуть? — спросила княгиня; ее улыбка показалась Каспару недоброй.
Сидевший рядом с ней старик поднялся.
— Нет, ваша светлость, мы бы еще покушали, — сказал Углук.
— Что ж, обжора, можешь захватить что-нибудь с собой.
— Благодарю, ваша светлость! — воскликнул орк и ухватил со стола два нетронутых окорока.
— Следуйте за Арвилом, он проводит вас в покои для отдыха.
Когда чужаков вывели из пиршественного зала, княгиня повернулась к колдуну, с лица ее слетело притворное радушие, оно сделалось бледным и очень старым.
— Тебе не кажется, что они что-то заподозрили?
— Не думаю, — ответил колдун. — Никто не может знать, что такое День Выкупа. Кроме меня и вас, госпожа моя.
— А мои дурни считают, что празднуют годовщину дня, когда выкупили меня из плена! — Княгиня кивнула на дружинников.
— Пусть празднуют. — Колдун обнажил в усмешке волчьи зубы. — В этом нет ничего дурного, главное, чтобы вы помнили о том, что в тот день я выкупил вашу жизнь за три человеческие жертвы.
— А теперь, спустя десять лет, их требуется пять, — вздохнула княгиня.
— Аппетиты демона растут.
— Это так, но пока мы должны ему повиноваться, только он знает, как добраться до Источника Силы. Без жертв, здоровых, сытых и довольных жизнью, у бедняги недостанет сил проделать весь путь и вернуться. Вы ведь знаете, госпожа, что случится, если демон опоздает хотя бы на час?
— Да. — Княгиня почувствовала, как у нее холодеют ноги. Она хорошо знала, что с ней случится: жизнь утечет из нее, как вода из дырявой бочки, молодое и сильное тело в мгновение истлеет, превратившись в смердящий прах.
Уже много лет она зависела от старого колдуна и от демона, с которым тот сумел договориться. Сначала это было похоже на договор, но теперь — больше на рабство. Впрочем, оставаться живой княгиней, владелицей обширных земель и многих тысяч воинов было лучше, чем существовать безгласной тенью, одной из сонмищ таких же теней в темном и холодном царстве смерти.
