В теплое время года на крышах домов спали хозяева, а слуги — на сараях и других подсобных помещениях. При ночевке на земле можно было ночью проснуться в объятьях змеи. Впрочем, они здесь не слишком ядовитые. Еще половцы научили меня огораживать место ночевки веревкой из овечьей шерсти. Такое препятствие непреодолимо для змей. Не сказали, правда, по какой причине, потому что и сами не знали. Мы продали в городе трофеи по более высокой цене, разгрузили кибитки. Продал я и серого жеребца-полукровку. Отбитый у алана иноходец мне больше понравился.
— Это конь сына Гиркона, — сообщил Беорг.
— Он был слишком плохим воином для такого коня, — сказал я.
— Гиркон пообещал отомстить за смерть сына, — предупредил алан.
— Приму к сведению, — молвил я.
Однажды утром я занимался с Тегаком, учил владению двумя мечами. Как обычно, нас окружало плотное кольцо зевак. Никто из них не умел биться двумя руками, поэтому наблюдали с интересом, перенимали опыт. Обычно после окончания моей тренировки с оруженосцем, некоторые аланы разбивались на пары и отрабатывали движения, которые я показывал Тегаку.
Бились на деревянных мечах, специально изготовленными для этого еще в Кизике. Поэтому я не сразу заметил, как к нам подъехал Рожер де Флор со свитой. Только по тому, что зеваки перестали подбадривать криками Тегака, понял, что что-то не так. Оглянувшись, увидел командира Каталонской компании, восседавшего на белом иноходце.
— Не знал, что ты двурукий боец, — сказал он мне.
— Не было повода сообщить об этом, — произнес я.
— Давай сразимся? — предложил он.
— Давай, — согласился я."
"Слышал, что у тамплиеров очень хорошая подготовка бойцов. Даже старые рыцари обязаны были каждый день, кроме воскресенья, проводить пару часов в тренировках разными видами оружия. Но ведь не так важно, сколько времени тренируешься, а то, кто тебя учит. Я был уверен, что у тамплиеров, как и в обычных замках, не столько отрабатывают технику, сколько нарабатывают выносливость. Рожер де Флор доказал, что не все так просто, тем более, что у него было преимущество — левша от рождения, как и Тегак.
Обычно левши и становятся двурукими бойцами. Тренировки с оруженосцем помогли мне наработать некоторые навыки борьбы с левшами, а вот Рожер де Флор, видимо, никогда раньше не бился с двуруким правшой. Он опасался моей левой руки больше, чем правой, на чем я и поймал командира.
— Давай еще раз, — предложил он.
Во второй раз я победил быстрее, потому что знал, как надо действовать.
