Казачий адмирал

Как подозреваю, Атие было интересно позаниматься любовью с гяуром. Однажды я познакомился на курорте с женщиной, которая в последнюю ночь своего отдыха осчастливила нас обоих. До этой ночи муж у нее был первым и единственным.

— Не хочется прожить, как дуре, так и не попробовав с другими мужчинами! — искренне призналась она.

Я заметил, что большинство замужних женщин отправляются на курорт с мыслью: если не повезет, останусь верной женой.

Глава 30

Ограбленный нами Трабзон горел так же ярко, как Синоп и Каффа.

И опять мы двигались медленно, чтобы не отставали перегруженные суда самых разных типов и размеров. Взяли не так много, как в упомянутых выше двух городах, но все равно немало. Выражаясь языком двадцать первого века, благодаря последним двум походам рейтинг Петра Сагайдачного вырос значительно. Если не наделает ошибок, в чем я сомневаюсь, поскольку человек он не глупый, то в ближайшие несколько лет ему смещение с должности кошевого атамана не грозит.

Когда наша флотилия проходила мимо южной оконечности Крыма, по берегу нас сопровождал отряд татарских всадников и горели сигнальные костры.

Были небольшие отряды дозорных и на мысе Тарханкут, и на Тендровской косе и на Кинбурнской. Впервые за нами следили так плотно. Наверное, не могут простить разграбление Каффы.

Возле входа в Днепро-Бугский лиман нас поджидал турецкий флот. Меня попросили подойти к нему поближе и посмотреть, стоит ли с ним связываться? Это были десятка два баштард, кадирг и кальятт, четыре трехмачтовых парусника, которые западноевропейцы называют галеонами и с сотню более мелких судов.

На каждом галеоне не менее трех десятков пушек большого калибра и, наверняка, немало пехоты, а борта настолько высоки, что даже с тартаны трудно будет забраться. Галеоны стояли на якорях, перекрывая вход в лиман. Те, кто попытается прорваться через их строй, получат столько, сколько не смогут унести. Галеры догрузят остальное. Перетянуться через Кинбурнскую косу, как после Синопа, тоже не получится, потому что на ней дежурили конные татарские разъезды. Видимо, мы сильно разозлили турецкого султана.

Кошевой атаман Петр Сагайдачный созвал раду на баштарде. Меня тоже пригласили. Как-то само собой получилось, что меня никто не выбирал, но никто и не оспаривал мое право быть членом рады.

— Предлагаю, товарищи, вернуться домой через Синее море. Здесь нам пути нет, потеряем много, — предложил кошевой атаман.

Все были согласны с ним, поэтому никто не стал возражать.