Казачья кровь

Убедившись, что с ходу эту задачку не решить, Гриша решил сосредоточиться на главном.

Новый зал был квадратным, с таким же высоким потолком, как и змеиное обиталище. Разница была только в наполнении. Точнее, в том, что в самом зале было пусто. Но в противоположной от входа стене была высокая ниша, разделённая на две полки. Там на нижней, большей полке лежал большой фолиант, а на верхней полке поменьше стояла небольшая шкатулка белого цвета.

– Выходит, добрался. Нашёл, – растерянно проворчал Гриша, настороженно всматриваясь в тёмные углы.

Но никто оттуда на него не бросался, а от тишины в ушах звенело.

– Это не может быть так просто, – проворчал Гриша, осторожно ощупывая плиты пола наконечником копья и медленно двигаясь вперёд.

До ниш в стене оставалось пять шагов, когда где-то наверху что-то скрипнуло, и перед парнем на полу засветилось яркое световое пятно.

– Похоже, именно с этого места нужно разобраться с тем, как добраться до добычи, – выдохнул Гриша, остановившись. – А если попробовать обойти?

Не пересекая границы света и тени, Гриша двинулся в обход пятна, продолжая тыкать в плиты пола копьём, но едва он дошёл до середины диаметра кольца света, как перед нишами упала полукруглая решётка, полностью отсекавшая их от остального зала.

– Не очень умная была идея, – мрачно хмыкнул Гриша. – Остаётся только сесть и как следует подумать. Силой тут ничего не сделаешь.

Отступив обратно за пятно, он опёрся на копьё и принялся вспоминать всё, что было написано в случайно найденном пергаменте.

Он недаром говорил, что запомнил перевод наизусть. Но зарифмованные неизвестным автором строки несли в себе слишком много ненужной информации, и как выделить из всего этого нужное, Гриша не понимал. Неожиданно его размышления были прерваны очередным тихим скрипом, и решётка начала подниматься.

– Как там мастер говорил? Не только силой, но и духом… – тихо выдохнул парень и, отложив всё теперь лишнее, решительно шагнул в световой круг.

* * *Поток чистой, первозданной энергии нёсся по его телу, словно бурный, весенний сель с горы.

Сидя на полу скрестив ноги по-турецки, парень всё глубже погружался в состояние концентрации. Не было ничего вокруг, и только где-то на периферии сознания набатом звучал такой родной и такой далёкий голос деда:

– По дороге силы можно идти бесконечно, однако всегда помнить должно, что главное не уйти по ней, но вернуться."

"Эту заповедь Гриша вызубрил ещё в ранней юности, едва начав изучать казачий спас.