Казачья кровь

– Хорошая мысль, – буркнул Залесский, продолжая осматривать книгу. – Так. Очень интересно. Написано клинописью, навроде египетской, страницы, похоже, папирусные. Это что же, книжка египетская?

– Не ко мне вопрос, – тут же открестился парень. – Я своё дело сделал. Что нашёл, то вам и притащил. А дальше пусть специалисты разбираются. Я в этом деле ни уха ни рыла не смыслю. Лучше скажите, как за пулемёт заплатить? Чеком возьмёте или придётся в банк идти?

– Да иди ты со своим пулемётом, – огрызнулся Залесский. – Нашёл проблему.

Спишу я его, и все дела. Всё равно нам их на пулемёты системы господина Максима менять придётся.

– А вот это не дело. Те пулемёты хоть и покрепче будут, но больно тяжёлые, – тут же вскинулся Гриша.

– А то я не знаю, – фыркнул капитан. – Да только приказы начальства не обсуждают, а исполняют. Вот, кстати, и дело для тебя. Ты у нас инженер-механик, тебе и карты в руки. Придумай для нашей службы пулемёт. Надёжный, но лёгкий.

– И его доблестно не примут, – фыркнул Гриша. – А то я наше богоспасаемое ГАУ не знаю.

Уже обжигался.

– Ты придумай, испытай и предъяви. А дальше я начальство сам трясти буду.

– Вы и с карабинами их трясли. А результат? – отмахнулся парень.

– То было одно, а теперь будет другое, – загадочно усмехнулся Залесский.

– А что изменится-то?

– А изменится то, – с непонятной торжественностью проговорил капитан, выдвигая ящик стола, – что карабины им представлял студент из казаков, а пулемёт будет показывать инженер-механик, имеющий наследственное дворянство, пожалованное именным указом его императорского величества за особые заслуги перед короной и государством, – закончил он, выкладывая на стол кожаный бювар.

 – Держи, твоё казачье превосходительство.

* * *Автомобиль вкатился во двор, и Гриша, заглушив двигатель, выбрался из салона. Оправив черкеску и кобуру с пистолетом, он глубоко вздохнул и решительно шагнул в знакомый подъезд. Взбежав на нужный этаж, парень с ходу надавил на пуговку звонка, не давая себе времени на сомненья.

Послышались шаркающие шаги, и дверь отворил старый слуга. Прищурив выцветшие от возраста глаза, Варрава еле слышно охнул и, схватившись за грудь, отступил."

"Войдя в прихожую, Гриша недоумённо посмотрел на старика и, отдавая ему папаху, спросил:

– Хозяин дома?

– Дома, сударь, – нашёл в себе силы ответить слуга.

– А Ольга Юрьевна?

– Нету их. Вы с хозяином поговорите. Он расскажет, – выдохнул старик и, тяжело переставляя ноги, направился в нужную сторону.