Казак в Аду

Чернявая еврейка упоённо потёрлась щекой о его погон:

— Семь лет безнаказанно изводить вас капризами? Конечно, уверена! Таки обнимите меня за талию и отведите кормить, я вам ещё и не такого повсюду наобещаю…

Счастливый Иван Кочуев твёрдой рукой приобнял Рахиль, поднимаясь по ступенькам ближайшего заведения общепита, а завистливый эльф тихо обозвал его за спиной «мазохистом». За тонкими ажурными дверями их встретил почти голый, атлетически сложенный охранник в глухой кожаной маске и стрингах на молнии. Бравый казак едва ли не с матом ломанулся обратно, но был удержан более толерантными (или голодными?) соучастниками:

— Фи, стыдно! Таки шо вас так напрягло и где? В конце концов, разве само название Задом и Умора ничего вам не намекнуло в душе…

— Да чтоб я… православный казак… с этими пи… ге… за один стол?!

— Ваня, вы пришли сюда есть или смотреть?! — строго прикрикнула госпожа Файнзильберминц, уже на чистом автомате заламывая вырывающемуся жениху руку за спину.

 — Я таки намерена есть, и ничто меня не остановит — ни вы, ни целый гей-парад!

— Ваша подруга права, и знаете, что говорил по этому поводу досточтимый просветления Вам Сунь?

Иван резко развернулся и буквально в два предложения, кратко объяснил, почему он ничего не хочет слушать о просветлённом старце с таким именем! И что приличный казак в такое место без нагайки вообще не войдёт, но осёкся, когда вежливый охранник широким жестом предложил ему штук двадцать разных плетей, висящих на гвоздиках у входа.

Посрамлённый подъесаул опустил чубатую голову и безрадостно позволил усадить себя за столик в самом разнузданном гей-кафе всего Ада…

Кстати, местечко оказалось вполне пристойным.

Мягкий свет, сдержанная джазовая музыка, хорошая кухня и большое количество молодых мужчин. Заказывала, разумеется, Рахиль. Она же и сметала со стола всё предоставленное с какой-то неутолимой скоростью, педантично, со вкусом и не теряя ритма.

Обычно в телерекламе нам всучивают стройных девушек, потребляющих низкокалорийные майонезы, а то и вовсе питающихся одной жевательной резинкой.

На эти ходячие вешалки и смотреть-то грустно, а уж пытаться им соответствовать… Наша героиня гордо демонстрировала пристрастие к сугубо альтернативным ценностям жизни. Предположить, что в стройную девушку можно каким-то чудом утрамбовать уже четвёртую порцию, казалось чисто цирковым достижением…

Сам Иван почти ничего не ел, разве что пару ломтей хлеба, в остальном же ему явно кусок не шёл в горло.