Каждый час ранит, последний убивает

В такое раннее время от запаха табака ее затошнило, но она не осмелилась ничего возразить.

– Зачем мне о ней рассказывать?

– Может быть, вам станет немного легче, – ответила она, допивая кофе.

Он улыбнулся циничной и жестокой улыбкой. Почти презрительной.

– А ты о себе высокого мнения. Кто ты такая, чтобы меня понять?

– Никто, – прошептала она. – У меня даже нет имени…

– Ты его забыла, но оно у тебя есть. У всех есть имя.

– Вы сохранили мне жизнь, и я хотела бы вам помочь, – снова заговорила она.

Он вздохнул, как будто эти слова его нервировали или смущали.

– Ничего я не сохранил. Я тебя просто на постель уложил и укрыл одеялом.

– Вы могли бы закопать меня заживо.

– Ты за кого меня принимаешь? Я бы тебя сначала прикончил, уж не сомневайся!

Абсурдный обмен репликами, хорошенький получился завтрак.

Обмен репликами с убийцей. С психом, с больным.

– Разговор всегда помогает, – не отставала девушка.

– Разговор ни к чему не приводит, – отрезал Габриэль и поднялся из-за стола. – Пойду займусь лошадьми.

Снова сидеть в четырех стенах. А за окном такое безоблачное небо.

– Можно с вами? Мне бы хотелось на них посмотреть…

– Ты их уже видела, когда пряталась в конюшне.

Он пристально на нее посмотрел.

– Замышляешь что-то? – бросил он. – Надеешься удрать?

– Нет, я просто хочу подышать свежим воздухом. Не могу больше сидеть в комнате!

– А не надо было сюда заявляться. Да и жаловаться тебе не на что, ты вообще уже должна была умереть!

– Лучше умереть, чем сидеть взаперти.

Он подошел и ужасающе ухмыльнулся:

– Ну же, Габриэль, убейте меня! – сказала она с вызовом и поднялась во весь рост.

Раскинула руки и закрыла глаза.

– Ну же! Чего вы ждете?

Она открыла глаза и храбро посмотрела на него. Он стоял, прислонившись к барной стойке, и улыбался.

– С тех пор как ты тут появилась и валяешься в комнате, я прикончил двоих. Сначала женщину. Ударил ножом в печень, а потом перерезал горло.

Габриэль взял нож и подошел к девушке, которая старалась сохранять спокойствие.

– Перерезал горло, и она истекла кровью у моих ног, – тихо произнес он.

– Зачем вы мне это рассказываете? – пробормотала она.

– Ты же хотела «поговорить», нет?.. Потом убил одного типа… Привязал к кровати и надел на шею кожаный ошейник. Из мокрой кожи. Знаешь, что происходит с кожей, когда она начинает высыхать?

Женщина громко сглотнула.

– Она скукоживается, – продолжал Габриэль.