Каждый час ранит, последний убивает

У себя в комнате я открываю бумажник, но паспорта не нахожу, поэтому вытряхиваю содержимое сумки на кровать. У меня перехватывает дыхание. Я возвращаюсь в гостиную, где мужчины опять о чем-то тихо беседуют.

– Не нашла! – вскрикиваю я.

– Как это? – удивляется Грег.

У меня текут слезы, и Тармони смотрит на меня с состраданием.

– Поищем в комнате, – предлагает Грег. – Когда найдем, я вам его принесу, мэтр.

– Отлично, – сочувственно произносит адвокат, допивая портвейн. – Мне пора.

Он уходит, а я возвращаюсь в комнату, где все переворачиваю вверх дном.

– Может быть, ты его еще дома забыла, – размышляет Грег.

– Нет! Он точно был в сумке…

– Успокойся. Завтра съездим в гараж и поищем в коробках…

– Но если я его забыла дома, то полиция его точно нашла…

– Ты права, – признаёт Грег.

Я падаю на кровать и закрываю лицо ладонями.

– Да ладно, Тама, не переживай… Я тебе новый паспорт сделаю, идет?

– Спасибо, Грег… Большое спасибо.

Я снова перерыла всю комнату. Но паспорта так и не обнаружила. Как будто сама судьба против меня… После ареста Изри паспорт мне ни разу не понадобился.

Так что самое вероятное – он в руках полиции. Значит, у них есть моя фотография. Я спрашиваю себя, допрашивали ли они Между, показывали ли ей мое фото. И меня охватывают новые страхи. Вдруг меня ищут?

Так что теперь я меньше выхожу из дома и покупаю продукты в маленьком магазине за три улицы от дома. И ношу на голове платок, как истинная мусульманка.

Грег нашел, где сделать новые документы, но сказал, что этим особо никогда не занимался, поэтому нужно подождать.

Ожидание меня убивает.

Каждый день без Изри прожит зря.

Я купила себе книги, десятки книг. Но сил читать у меня нет. Не могу сосредоточиться.

На каждой странице – лицо Изри.

В каждом слове – четыре буквы его имени.

Но все книги я сложила у себя в комнате, их присутствие меня успокаивает. Как будто вокруг меня друзья. Безмолвные и понимающие.

Такие, каких у меня никогда не было.

У меня был только он. Изри был моей жизнью, моими днями и ночами.

Моими мечтами и кошмарами. Он был моим рулевым, с Изри у моей жизни был смысл.

Он был центром моего мира, всего мира.

Он был землей, небом, воздухом. Водой и огнем, холодом и жарой.

Для него билось мое сердце, для него я улыбалась.

Сейчас он – мои слезы и моя печаль.

– Ну? – спрашивает Изри. – Что нового?

– На работе все путем, – отвечает Грег. – Мы смогли сде…

– Я не про работу, – резко прерывает его Изри. – Я о Таме.

– Ты сделал, о чем я тебя просил?

– Ага.