Каждый час ранит, последний убивает

Они ели молча, не зная, что друг другу сказать. Обычно Габриэль ценил тишину, но сегодня она его беспокоила, смущала. Поэтому он поднялся и поставил пластинку.

При первых звуках она застыла.

– Это Бах, – уточнил Габриэль. – Сюиты для виолончели…

Девушка сидела, не шелохнувшись, и смотрела в пустоту.

Она уронила вилку и поднесла трясущуюся руку ко рту. Потом резко вскочила на ноги, опрокинув стул, но никуда не пошла, как будто растерялась.

– Я… Вспомнила, – прошептала она. – Вспомнила, как…

Она облокотилась о стену, а затем все ее тело словно свело судорогой, и она расплакалась.

Габриэль медленно подошел, обнял девушку за плечи и отвел к дивану. Он дал ей время выплакаться. Потом протянул бумажный платок, который она стала крошить пальцами. Иногда она трясла головой, будто хотела избавиться от собственных мыслей. Наконец она перестала плакать и с бесконечной грустью взглянула на Габриэля.

– Как тебя зовут? – мягко спросил он.

Она немного помедлила и ответила:

– Тайри. Меня зовут Тайри.

Тайри лежала на кровати.

Габриэль закрыл ставни, чтобы она смогла отдохнуть. Но девушке никак не удавалось уснуть, ее раздирала невыносимая боль.

Беспорядочно появлялись воспоминания. Картинки, лица, крики… Лестница, балкон, маленький деревенский домик в пустынной гористой местности… Чувства, беспокойство, страхи. Смех, улыбки. Опасность, ярость, молчание. Фотографии, запахи, улицы, тупики.

Кипящая лава воспоминаний бурлила, обжигала.

Она поднесла руку ко лбу, попыталась закрыть глаза, но сразу же их открыла.

С закрытыми глазами было даже хуже. Воспоминания набегали друг на друга, казались бессмысленными.

Ее грудь разрывали рыдания; она схватила подушку и зарылась в нее лицом.

Габриэль встал с кресла и пересел на кровать. Он взял Тайри за руку, и это их первое прикосновение друг к другу, казалось, ее немного успокоило.

– Господи, я умру! – простонала она. – У меня мозг взорвется!

– Тихо, тихо, – прошептал Габриэль. – Надо просто перетерпеть… Это Бах вызвал воспоминания, да?

Она убрала подушку и посмотрела на него заплаканными глазами:

– Меня зовут Тайри, в этом я уверена.

Но фамилию не помню…

– Ничего страшного, – заверил Габриэль. – Мы никуда не спешим. Тебе надо поспать, ты сразу почувствуешь себя лучше…

– Нет! – закричала она. – Нет! Я не хочу закрывать глаза…

Он выпустил ее ладонь и вышел из комнаты. Она прижала подушку к груди, как будто защищалась. Защищалась от наступающего на нее прошлого.

Габриэль принес таблетку и стакан воды.