Его конь, как и хозяин, получив смертельное ранение, последний раз в своей жизни взвился на дыбы и упал, придавив своим телом бывшего бретера, авантюриста и убийцу.
* * *Весь следующий день собирали трофеи и формировали караван в замок. Погибших было много. Если в предыдущих баталиях они исчислялись десятками, то тут это уже были сотни. Всех здоровых пленных заставил копать общую могилу и укладывать туда погибших захватчиков, которых набралось около семисот трупов. Хорошо хоть, зима на улице, трупы закоченели и не разлагаются, но и без этого некоторым пленным становилось плохо.
Дав сутки отдохнуть отрядам своих диверсантов, пополнить запасы, отремонтировать снаряжение и выспаться, я снова послал их с тем же заданием. Только теперь уже следовало трепать нервы и создавать проблемы тому неприятелю, что пошел на столицу. Через сутки и я собирался выдвинуться на помощь королю. Надо только похоронить мертвых и отправить караван с трофеями и пленными. Да отобрать воинов для сопровождения пленных и дальнейшей зачистки тех, кто успел разбежаться.
А успело ускользнуть немало. Так – в заботах и трудах – прошло еще несколько суток.
Наконец все было готово, письма для Ларта, Гюнтера и Алексии заготовлены, и караван отправился в замок, а я со своим войском, которое, кстати, существенно уменьшилось, двинулся на столицу. До перекрестка мы следовали все вместе, а после наши пути разошлись, и впереди меня снова ждала война.
Я сам не ожидал, что все так удачно получится в схватке с врагом, идущим убивать лично меня.
Да, на определенный эффект от применения пушек и фугасов я рассчитывал, но чтобы так…
Пленных, конечно, много, притом даже очень, тут на одном кормлении их разоришься. Ларту я написал, чтобы всех задействовал на подготовке полотна дороги, а часть направил на рудники. Раненых по мере выздоровления тоже отправлять на работы. Думаю, разберутся, не маленькие. Сейчас меня больше волновали предстоящие боевые действия, тут навряд ли так повезет, как в предыдущей стычке.
С пушками мои войска обладали плохой подвижностью, маневренностью. Поэтому надо будет прежде, чем вступать в бой, все согласовать с Данисом, всю синхронность действий. Иначе это будет просто особо извращенное самоубийство с моей стороны. Так я размышлял, покачиваясь в седле Ветерка.
Двигались мы с максимальной скоростью и за день прошли порядка тридцати километров. Так нам двигаться еще дня четыре, если какой-нибудь случай не внесет свои коррективы.
