КГБ в смокинге. Книга 1

— Опять конспирация, тайны, КГБ…

— А вы что думали, Валентина Васильевна? Что вас перебросили сюда для поправки здоровья и сбора впечатлений о флоре и фауне Латинской Америки?

— Знаете, впечатлениями я уже сыта по горло.

— По собственной вине, не так ли?

— Габен, — спросила я как можно небрежнее, — а вас за что сослали в эти горы? Кому вы там не угодили?

— Журналистское расследование? — вопросом на вопрос ответил он.

— С чего вы взяли? Я уже забыла о своей профессии…

— И зря — она вам еще пригодится.

— Когда, а главное, в каком виде, хотела бы я знать? Интервью в постели с Джеральдом Фордом? Кстати, чем, интересно, закончились вчерашние выборы в Штатах?

— Валентина Васильевна, вы растрачиваете себя по мелочам, — спокойно ответил Габен, глядя куда-то мимо меня. — Вы по-прежнему играете, кокетничаете, суетитесь… Я понимаю, что, скорее всего, именно такой и должна быть ваша реакция. И все же, поверьте мне, это неразумно. Скажите, вы умеете плавать?

— В основном под водой.

— Знаете, до тринадцати лет я тоже не умел. Потом пошел как-то с друзьями в бассейн и с разбегу, не думая о последствиях, сиганул с бортика в воду. А там было глубоко. Я извивался, как червь, барахтался, делал какие-то сумасшедшие круги… Вокруг меня было полно взрослых, но никому и в голову не приходило, что я тону. Думали, видимо: балуется мальчишка. А я уже задыхался. К счастью, кто-то сообразил, в чем дело, и меня вытащили. А потом один взрослый мужик сказал: «Никогда не суетись, мальчик.

— Если я правильно поняла аллегорию, вы — тот мужчина, а я — мальчик?

— Вы правильно поняли, Валентина Васильевна. Хоть вы и не мальчик.

— Значит, сейчас я тону?

— Во всяком случае, близки к этому.

— А если расслаблюсь, то выплыву?

— А как насчет обучения? Это все потерянное время, да? Мне не надо рассказывать, как держаться на воде, как двигать руками и ногами, меня можно просто столкнуть с бортика и смотреть, как я выплыву, если сумею расслабиться, не сопротивляться, не стремиться спасти свою жизнь?

— И я буду на поверхности?

— Дерьмо не тонет в силу физических законов, а вы, Валентина Васильевна, — личность.

— После этого я должна отрапортовать: «Служу Советскому Союзу»?

— Вы и без рапорта служите ему.