КГБ в смокинге. Книга 1

Когда до него дошло, что я уже все сказала, мутант встал и, не прощаясь, направился к выходу.

— У меня же времени в обрез! Мне в двенадцать на вокзале быть надо…

— Надо ждать, — тоном окончательного диагноза отрезал потомок Батыя и закрыл за собой дверь.

Опять ждать! Впрочем, этот лопух из пустыни Гоби, как ни странно, оказался честным скотоводом: не успела я выкурить сигарету и помянуть парочкой теплых слов отцов-основателей Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с бандитизмом и саботажем, включая ее козлобородого шефа, как призывно зазвонил телефон.

Я и думать не могла, что это кто-то из моих несгибаемых кураторов и потому рявкнула в трубку по-французски:

— Сколько можно ждать вашу лососину, мадам?

— Развлекаетесь, Мальцева? — услышала я наканифоленный голос Матвея.

— Без вас? Это было бы грубейшим нарушением субординации.

— Если уж вы заговорили о субординации, то будьте любезны не паясничать, а слушать меня внимательно.

— Есть! — гаркнула я что есть силы.

На секунду в трубке наступило молчание.

Тополев, видимо, размышлял, стоит ли заводить скандал по телефону или лучше дождаться более подходящего момента. Очевидно, подполковник остановился на втором варианте, потому что сказал более спокойно:

— У вас мало времени.

— Вы меня уже цитируете?

— Потому что это я сказала вашему мутанту с гульфиками вместо глаз, что у меня мало времени.

— Валентина Васильевна, — Тополев шумно вздохнул. — Вы можете разговаривать, как нормальный человек?

— Вы считаете, что в вашей теплой компании можно оставаться нормальным человеком?

— Мы теряем время, Мальцева.

— Хорошо. Я слушаю вас.

— Вы полностью следуете инструкции, которую вам дали по телефону.

— Полностью? — переспросила я.

— Все остается в силе: вы выполняете свое дело, мы — свое. Надеюсь, проколов не будет. Во всяком случае, с нашей стороны.

— У этого дела есть неприятный момент.

— У этого дела масса неприятных моментов. Какой именно вы имеете в виду?

— Как мне сказать обо всем редактору? Человек, можно сказать, уже в пижаме.

А тут — подъем, выходи с вещами, едем на ночь глядя в Волендам!

— Так и скажите: так, мол, и так, ваш старый друг из венской газеты «Курир» по фамилии Мельцер, узнав, что вы находитесь в Амстердаме, только что позвонил вам в номер и пригласил к себе в Волендам, где он пишет книгу о международном терроризме («На автобиографическом материале», — добавила я про себя), отпраздновать с шампанским Новый год.