Хагалаз. Восхождение (СИ)

— Неужели нет? Ты настолько глуп?

— Мне казалось, это невозможно.

Гелата нервно захохотала.

— Да ты сплошное разочарование! Сначала заставил ждать долгие годы, а теперь выясняется, что и плана у тебя нет? Бесполезный идиот! Если ты прав насчёт точки концентрации, и в этой девчонке от мага лишь крохотные сгустки энергии, то её тело гораздо слабее моего умершего сосуда. Неравноценная замена — человек.

— На такой случай у меня был второй сын. И, судя по всему, его не так давно видели в столице. Поищем.

— Ну да, как же! Может, он ещё сам к нам придёт? Чтобы ты понимал, время истекает.

Скоро это тело умрёт. Ты хоть представляешь, сколько лет мне понадобилось, чтобы выбраться из предыдущего?

— Думаю, в этом нам поможет Мисора. Нужно забрать её, пока не поздно. Смена власти — опасное положение. Если её выкинут из дворца, лисица вновь подастся в бега.

— Её поимка — твоя забота. Надеюсь, хоть это тебе удастся. Не заставляй меня жалеть о сделанном выборе.

С этими словами Энэйн перестала господствовать над телом.

Гелату накрыл порыв страшнейшего кашля. Она согнулась пополам, прикрыв рот рукой. На глаза несчастной выступили слёзы. Этцель, почувствовав, что тело вновь контролирует владелица, сразу же переменил тон.

— Избавься от каторжника. Он занимает кровать, за которую я плачу. Несправедливо, учитывая, что Элофа ты не спасла.

Откашлявшись, Гелата с трудом сделала обжигающий вдох и сжала окровавленную ладонь.

— Элофу отрубили голову, я не могла ничего сделать, к тому же ещё немного, и эта магия убьёт меня.

— Вот поэтому не следовало тратить её на человека. Будь ты слугой, а не оболочкой Энэйн, я бы убил тебя за такой проступок. А вообще… что мне мешает убить его, доказав тебе, как плохо быть непослушной?

Этцель угрожающе поднялся, и Гелата тоже вскочила на ноги, прикрыв своим телом лежащего.

— Если сделаешь это, я использую силу крови и убью себя, в результате чего пострадает Энэйн. Она и так расстроена стечением обстоятельств. Неужто решишься позлить её вновь?

— Смотрю, собственная жизнь тебя волновать перестала.

— Этот мужчина спас меня, я возвращала долг.

— Если бы не Энэйн, ты бы сдохла на болоте. И перед ней долг ещё не уплачен.

Гелата презрительно сощурилась. Этцель смотрел с вызовом, и в его тени девушка чувствовала себя беспомощной и жалкой.

— Я делаю всё, чтобы отплатить. Моё тело в её распоряжении, я иду туда, куда мне велят, исполняю то, что мне велят. Разве этого мало?

— Мало, если продолжишь делать глупости.