Хагалаз. Восхождение (СИ)

Боль пронзала каждую клеточку тела, вгрызалась в рассудок. Девушка понимала, что жива лишь потому, что Энэйн до сих пор находится в ней, лечит это несчастное затасканное тело, чтобы не оказаться в ловушке мертвеца. Как только она сменит оболочку, для Гелаты всё закончится, и незачем больше думать, что будет после, каким станет новый мир. В этом мире её не останется. Жертва случая, обстоятельств. На её месте мог оказаться кто угодно. Не пойди Гелата тогда в лес, не напади на неё рыцари, не спаси её Блэйр… всё было бы иначе.

Слёзы не выдержали и выкатились из глаз на бледные впалые щёки. Девушка зажмурилась, но не смогла предотвратить неминуемое. Душа и тело объединились против рассудка и теперь оплакивали её.

Микаэль, ставший свидетелем безрадостного зрелища, вдруг испытал сострадание. В конце концов, Гелата была такой же заложницей, как и он, а страдала и того пуще.

— Мне жаль, — выдал Микаэль тихо, как будто сомневался, что имеет право говорить. Гелата бросила на него ироничный взгляд, и сквозь слёзы усмехнулась.

— Жаль? Тебе? С чего бы? Ведь нет твоей вины в том, что случилось.

— Я просто пытаюсь разделить твою боль. Знаю, она ужасна…

Юноша скрипнул зубами.

— Нет, не знаю, но вижу, как тебе плохо. Я эгоист, это правда, и с удовольствием спас бы собственную жизнь, избавил бы себя от надобности смотреть на то, как ты мучаешься. В этом мало приятного знаешь ли, но так как мы тонем в одной лодке и не способны помочь друг другу, мне жаль…

Губы девушки слабо дрогнули.

— Всё становится несущественным перед лицом смерти, всё отступает, меркнет, растворяется.

Я не хочу, чтобы ты сочувствовал мне, чтобы думал, будто я слабая. Пойми правильно, Микаэль, это не потому, что я не справляюсь. Моё тело плачет, так как скоро умрёт, и с этим уже ничего не сделаешь. Смерть пугает всякое живое существо, и мне не охота с ней встречаться.

По телу юноши пробежал озноб. Повозку тряхнуло.

— Ты не умрёшь, не нагнетай. Энэйн скоро покинет твоё тело и тогда…

— …мне конец, — оборвала девушка.

 — Только благодаря ей я до сих пор дышу. Всё это время я убеждала себя в обратном, думала, что и вправду смогу спастись, освободиться. Она обещала мне жизнь взамен на помощь, и я согласилась на этот договор. Скоро его срок истечёт. Я живу, пока нужна ей, пока ношу её дух в себе, но скоро я стану лишь использованной оболочкой. Я умираю, Микаэль… человеческое тело не может стать сосудом, увы. И ты тоже умрёшь, потому что Энэйн нужен абсолютный контроль над телом.