Хагалаз. Восхождение (СИ)

Красные пряди волос её едва заметно колыхались, как при слабом ветре. Лицо украшала неизменная лукавая усмешка, чем-то свойственная Мисоре и женщинам её типа. Они смотрели друг другу в глаза, и Гелата не испытывала ни страха, ни боли. Казалось, она готова была броситься на Энэйн и сразиться с ней за это последние, такое важное знание. Терять всё равно было нечего.

Девушка рванула вперёд, прямо к надменной паразитирующей особи. Энэйн приняла её в свои удушающие объятия. Гелате показалось, что кровавые волосы забрались ей в горло, в нос, в глаза.

Она очнулась от приступа удушающего кашля. Из глаз прыснули слёзы. Всё тело дрожало.

Энэйн оказалась сильней. 

— Я ничего не знаю… — в десятый раз прохрипел лысый мужчина и оскалился, когда Леос поднёс бутылёк с кислотой к его правому глазу.

— Уверен? — В голосе изгнанника слышалась холодная пытливость.

— Понятия не имею, что вы хотите услышать, но вряд ли мне удастся придумать верный ответ, так что убейте меня, вперёд. Я ведь даже не противлюсь.

Маг сделал глубокий вдох и отстранился.

Хизер изучающе смотрела на верра, что за час их пристрастного допроса так и не рассказал ничего интересного.

— Отвяжи его, это бесполезно.

Девушка налила себе воды из графина, сделала крохотный глоток и задумалась. Вечер угасал, на горизонте буйствовали последние всполохи кровавого заката. Порывистый ветер протяжно свистел меж башен, поднимая в воздух снежные крупицы. Леоссар подчинился, и позвав из коридора стражников, передал мужчину на их попечение.

Хизер поёжилась, в очередной раз пожалев, что не выбрала пыточной с камином.

В комнату завели девушку, и маг сразу же столкнулся с неприязненным взглядом. Он знал её лучше других, хотя бы потому, что Шэрон имела талант назойливо преследовать, и даже после внушительной угрозы не оставила попыток что-то разнюхать: опрашивала людей, заставляла следить прислугу. Её действия не могли не вызвать подозрений, однако королеве советник ничего не сообщил. У Хизер и без того была куча забот, потому она удивилась перемене на лице советника, до сих пор хранившего хладнокровную серьёзность. Мысль о том, чтобы причинить этой девушке боль придала Леоссару сил. Её усадили на деревянный стул, и маг приблизился, чтобы связать.

— В чём дело? Почему вы пытаете нас?

Шэрон подалась вперёд, пытаясь уклониться от ремней, но невидимая сила тут же впечатала её обратно. Маг невозмутимо завершил начатое.

— Видишь ли, кто-то сообщил королю Ульриху о смерти его ненаглядной дочери.