Хевдинг (СИ)

Не будет усобиц — будет сильное централизованное государство, которое простоит тысячи лет, а может быть, даже сумеет дать отпор монгольским завоевателям. А то и вовсе, покорит весь мир, или хотя бы континент от моря до моря. Если уж начал красить карту, становится очень трудно остановиться. Мы как раз начали.

Князь расцвёл, стоило только нам отплыть от Новгорода и подождать, пока его крыши скроются из виду. Наш маленький флот двигался по Ильменю на юг, на всех парусах, и все были взбудоражены внезапным походом и предвкушением скорой добычи.

Никто не воспринимал Полоцк всерьёз, никто не считал его достаточной угрозой, но даже малая добыча лучше, чем её отсутствие, и заскучавшие северяне не могли дождаться, когда можно будет ворваться в город с огнём и мечом.

По озеру драккары и ладьи шли борт к борту, не растягиваясь в длинный караван, наоборот, шли рядом, чтобы можно было невозбранно переговариваться друг с другом. На Полоцк отправились далеко не все из тех, кто брал Новгород. Многие просто покинули Хререка, некоторые остались защищать город вместе с Хельги.

Так что брать Полоцк выдвинулась едва ли дюжина кораблей, но даже так сил было достаточно. Возможно, даже с избытком, если Полоцк до сих пор не восстановился в полную мощь.

Я тоже радовался, что нам удалось снова выбраться в поход. Я снова стоял за рулевым веслом, подставляя лицо свежему ветру и холодным брызгам, моя команда была со мной в полном составе, а «Морской сокол» прытко бежал по волнам навстречу новым свершениям.

Торбьерн даже запел песню собственного сочинения, и она получилась у него на удивление складной, настолько, что никому даже не хотелось его заткнуть.

В общем, начинался наш поход как полагается, со всеми добрыми знамениями.

Никто не отстал, не опоздал, не уронил якорь себе на ногу и не вывалился за борт, даже чайки никого не обгадили, что, в принципе, к деньгам, но всё равно неприятно.

Снова вошли в Ловать, поднимаясь вверх, к волокам, на которых теперь царил закон и порядок, и никто больше не смел оспаривать право Хререка на власть.

Маршрут знакомый, проверенный, несложный. Мы всё так же останавливались на ночёвки на пологих берегах, разводили костры, готовили однообразный скудный ужин, мечтая о том, как будем в Полоцке спать на пуховых перинах в княжеских палатах и обедать в большом зале заморскими блюдами. Тяготы и лишения сменятся заслуженным отдыхом именно там, и мы спешили добраться до Полоцка как можно скорее.

На волоке, впрочем, пришлось задержаться.