Хевдинг (СИ)

О собственном куске земли мечтали многие, хотя лично я этой тяги не понимал. Хотя кто-то же должен пахать и сеять.

Мы поднимались вверх по течению Ловати, медленной, широкой и достаточно извилистой реки, и лишь изредка на берегах встречались хоть какие-то следы деятельности человека. Для ночёвки выбирались на пологий берег, разводили костры и готовили ужин, чтобы утром снова продолжить путь.

Рана меня почти не тревожила, разве что из-за неё я не мог стоять полную смену за рулевым веслом. Ладно хоть Вышата предложил помощь, так как он всё равно только и делал, что гулял по кораблю да изредка указывал путь.

Путешествие по реке почему-то напомнило мне путешествие на поезде. Там тоже никуда не денешься с проложенных рельс, и путь есть только вперёд, с редкими развилками. Разве что стрелки переводить не надо.

В какой-то момент мы зашли в один из притоков, узкий и извилистый, и ладно хоть осадка «Морского сокола» позволяла ему не царапать дно килем. Места начались болотистые, низкие, топкие, чем-то напоминающие Восточную Англию, только без англичан.

На всякий случай облачились в кольчуги. И хоть места здесь были открытые со всех сторон, человеческая изобретательность в плане засад и убиения своего ближнего не знает границ. Лучше перебдеть.

Мы поднимались всё дальше и дальше вверх по безымянной реке, которая с каждым километром пути становилась всё теснее и мельче.

— Вышата, а ты уверен, что мы правильно идём? — спросил я наконец.

Куда ты завёл нас, Сусанин-герой.

— А ты хочешь куда-то свернуть? — усмехнулся он. — Скоро уже будем на месте.

И на самом деле, за очередным изгибом реки вдруг открылся вид на небольшой посёлок. Деревянные избы, конюшни, телеги, вытащенные на берег лодки. Волок, как он есть.

— Вождь, сразу драться будем или погодим сперва? — спросил меня Горм Кусака.

Будь я в целости и сохранности, я бы, может, ещё и подумал над его вопросом, но в моём состоянии лучше в драку без крайней необходимости не лезть. А отправлять в драку своих людей, оставаясь за их спинами, здесь было не принято.

— Погодим, — сказал я. — Они же не знают, кто мы такие, и откуда идём.

Да и вообще, сходу нападать на здешних работяг как-то глупо, всё равно, что дебоширить в самолёте или набить морду проводнику в поезде.