Хочу бабу на роликах!

Какой-то мужчина вылез и пошел пешком. А я плюхнулась на сиденье рядом с шофером. Он очень обрадовался неожиданной пассажирке. В такси играло радио. И что бы вы думали? Конечно, куплеты тореадора. Бывают такие дни. Хоть и не часто, но бывают. Больше никаких мелодий во мне не звучало. Только одна мысль: «Скорее на Майорку!» Как три сестры Чехова все канючили: «В Москву, в Москву!» – так и я мысленно твердила: «На Майорку, на Майорку!»

И вот наконец сбылась мечта идиотки. Я на Майорке! У Эммы оказался там прелестный дом, с садом и большим балконом, выходящим на море.

– Ну как, нравится? – спросила Эмма.

– Не то слово. Мечта! А где твоя дочка?

– Я ей ничего не сообщала, сюрприз хочу сделать, она меня не ждет. Хорошо летом: в сезон сюда из Москвы прямым рейсом летаю, а не в сезон приходится на перекладных. До Барселоны, а оттуда либо паромом, либо опять же самолетом. Словом, геморрой. Ты давай разбирай вещички, устраивайся, а я, пойду погляжу, не у соседей ли она.

– Вера Ивановна – это кто?

– Гувернантка. Хорошая тетка, интеллигентная пенсионерка. Счастлива до безумия, что на старости лет на Майорку попала, все талдычит про Шопена, про Жоржа Санда какого-то…

– Про какую-то. Жорж Санд – женщина. Знаменитая писательница.

– Ну да, она что-то говорила, у меня в одно ухо влетает, в другое вылетает.

– Чукча не читатель, чукча писатель, – засмеялась я, припомнив старый анекдот.

– Издеваешься? – насторожилась Эмма.

– Да ты что, просто смеюсь.

– Чего смеяться, я сама знаю, что мне культурки здорово не хватает, жизнь такая была… Я вот тебе порасскажу, ахнешь. Ой, вон Дуняшка моя бежит!

– Мама! Мама приехала! – раздался вопль, и в сад ворвалась девчонка в шортах и маечке, больше похожей на лифчик. На голове у нее была смешная красная панамка.

– Мама, ты почему не позвонила? – Девочка повисла на шее у Эммы. – Ой, а вы кто? – спросила она, заметив меня.

– Я подруга твоей мамы, меня зовут Саша. Давай знакомиться. У тебя классная панамка, здесь такие продают?

– А у вас дети есть?

– Взрослые таких не носят, – пожала плечами девочка.

– Серьезно? Какая жалость! А ты плавать умеешь?

– Умею, конечно! А вы, что ли, не умеете?

– Почему? Умею, просто давно не была у моря, боюсь, не разучилась ли.

Девочка смотрела на меня испытующе.

– А вы с мамой давно дружите? Что-то я никогда про вас не слышала.