Хочу тебя, девочка

Он поднял руки в жесте капитуляции.

— Вот и отлично, — резюмировал я. — Свяжись с теми, кто купил квартиру, и предложи приличную сумму. Как только все уладишь — сообщи мне.

Ежов вздохнул, после чего кивнул и, поднявшись на ноги, сказал:

— До звонка, Камиль.

— Идет, — добавил я, и когда Дима вышел, взглянул на часы.

Собирался вновь отправиться к клинике и дождаться Марину. Только на этот раз у меня имелась совершенно конкретная цель.

— И эту сумму вы запросили на днях? Почему не обратились ко мне?

Я начинал испытывать злость, какой не ощущал до этого ни разу.

— Потому что вы просто закрыли счет и не упомянули, что станете оплачивать все остальное.

Девушка за стойкой пожала плечами. Не упомянул я, ага. Зато сейчас готов был и упомянуть, и помянуть.

— Если еще раз ваша клиника сделает подобное — будем разбираться, — процедил холодно.

— Никаких «но», — отрезал я. — Любые возникающие вопросы по данным оплатам адресуйте мне.

Конечно, если и должен был злиться, то совсем не на эту пергидролевую блондинку. Но клиника взаправду оказалась честной и не стала на мне наживаться. Просто поставила Марину перед фактом — или она находит деньги и платит, или лекарств для ее матери не найдется. Марина предпочла заплатить. Продать свою двушку и выложить за лечение новую порцию бабла. Но только не обратиться к тому, кто мог помочь и так.

Выйдя на свежий воздух, я закурил. Делал это нечасто, но в такие моменты удержаться не мог.

Марина не договорила, когда я обернулся к ней. Смерил долгим взглядом и кивнул на машину.

— Садись, есть разговор, — произнес веско.

Она устало уточнила:

— Снова кормить станете?

Я подернул плечами и сказал:

— Если понадобится — стану. Садись.

На этот раз Марина устроилась в салоне без лишних слов и моей помощи. Когда я сел за руль, сложила перед собой руки на коленях и уставилась на них невидящим взглядом.

— Ты свою квартиру продала, — проговорил я тихо, впиваясь глазами в профиль сидящей рядом девушки.

Сначала на лице Марины отразилась оторопь, но она очень быстро сменилась совсем иным выражением. Поджатые губы, нахмуренные брови… и взгляд, который она обратила на меня.

— Продала. А вам-то что? — выдохнула Марина.

И вправду. Мне-то что? Я не имел к ней никакого отношения. Она могла творить со своим имуществом все, чего бы ни пожелала.