Хочу тебя, девочка

Счастливая и довольная настолько, что я не могла вспомнить, когда видела ее в таком настроении последний раз.

Отвлекшись от листания телевизионных каналов, мама наконец заметила меня и тут же расплылась в улыбке:

На негнущихся ногах я подошла к ней и обняла. Спрашивать, как она себя чувствует, не стала — все и так было написано на ее лице. Собственно, мама выглядела здесь так радостно и оживленно, как ребенок в магазине игрушек.

— Мама… — начала я осторожно, готовясь задать мучивший меня вопрос, ответа на который дико боялась.

Мама посмотрела на меня с удивлением:

— А где же мне быть? Марина, можешь больше от меня ничего не скрывать! Я все знаю! 

Я боялась даже вообразить, что же она знает. Дурное предчувствие растеклось по венам, как отрава. 

— И что же… именно? 

— Мне сказали, что меня сюда перевели благодаря кавалеру моей дочери, Камилю Исаеву! Марина, почему ты мне раньше не рассказала про своего жениха? 

Я ощутила себя так, будто вокруг горла стала затягиваться петля. Камиль оплатил для мамы дорогущую палату? Зачем? Почему? Почему он сделал это?! Сейчас, когда я уверила себя, что смогу отдать ему долг любым иным способом! Когда не намерена была влезать в еще большие долги!

Неужели он сделал это нарочно, чтобы я была вынуждена платить? Платить бесконечно!

Я ощутила, как петля на горле сжалась еще туже.

Воздух в легких иссяк. 

Марина ожидаемо сбежала, но я был к этому готов. Понимал одно — сотворил то, за что придется расплачиваться, потому, когда обнаружил отсутствие Марины и ее вещей, воспринял это в некотором роде… нормально.

Я знал, что она никуда не денется. Местонахождение ее матери было мне известно, и я собирался этим воспользоваться. Возможно, кому-то бы это показалось отвратительным, мне же в этот момент было плевать на чистоту моих помыслов. Мне была нужна Марина. И точка.   

— Петр, ты явно знаешь, где она, — сказал я, набрав номер Пьера.     

По факту — говорил это наобум. Но прошло уже достаточно времени с тех пор, как Марина исчезла, чтобы я начал предполагать, какие обстоятельства шли за этим событием.

— С чего ты взяяяял? — растянув все гласные, какие было только возможно растянуть, откликнулся Пьер.   

— С того, — отрезал, не вдаваясь в подробности. — И буду благодарен, если не станешь юлить и все расскажешь.       

С той стороны мобильной связи разлилось молчание, и оно меня бесило. Наконец, Петр ответил:    

— А если не расскажу?    

— Будем говорить по-другому, — откликнулся я.