Холодный человек

Заинтригованная Вера сообщила, что обязательно будет, и положила трубку.

Интересно, для чего ее вызывают, размышляла наша героиня. Может быть, для того, чтобы дать ей окончательный расчет? Сомнительно. Вера вспомнила свое посещение Павла Борисовича в стенах больницы. Кажется, в тот раз она сумела произвести на него должное впечатление. А потом Амалия сказала, что не видит для Веры лучшей кандидатуры для замужества. Какая чушь! Своего мужа она представляла себе вовсе не таким. А каким? Что-нибудь вроде Жюля Верна.

А сочетание ее имени и его фамилии вообще звучит обалденно. Вера Верн! Каково?! Вроде какая-то западная киноактриса.

Еще часа два Вера слонялась по квартире, время от времени поглядывая на телефон. Она ждала звонка Жюля Верна. Однако телефон молчал.

Вера взглянула в окно. По небу все еще неслись низкие облака, но осадки прекратились. Время от времени сквозь тучи пробивался солнечный свет, и тогда яркие осенние краски вспыхивали огненно-желтым пожаром.

«Самое время прогуляться, – решила Вера. – Послоняюсь по городу, а потом подамся в контору».

Время подходило к четырем, когда девушка отворила дверь редакции. К ее изумлению, коллектив оказался в полном сборе. В просторной, заставленной столами с компьютерами комнате, где в обычное время протекал творческий процесс, присутствовали все без исключения сотрудники газеты «Путь наверх», включая охранника и техничку. Не было только главного редактора.

При виде возникшей в дверях Веры публика загомонила. Чего в этом гомоне было больше – радости, иронии или недоумения, Вера не смогла определить, однако ее приход явно не остался незамеченным. По-видимому, вопрос об увольнении пока не стоял.

Вера перекинулась двумя-тремя словами с коллегами и почувствовала: люди относятся к ней все так же благожелательно. Лишь ответственный секретарь, старенький лысенький Захар Семенович Кукиш, взирал на Веру с величайшим почтением, смешанным с плохо скрытым недоумением.

Вера поймала его взгляд и ничего не поняла, однако Кукиш держался на расстоянии и приближаться не решался. Это обстоятельство удивило Веру. Она была с ответсеком в хороших отношениях и не ожидала, как ей казалось, подобной холодности. Но это оказалась отнюдь не холодность…

Наконец появился главный редактор. На его упитанной физиономии присутствовало довольно загадочное выражение.