Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

«Всё будет хорошо. Напиши мне потом».

И это тоже целое решение, что сказать ему. Что вообще говорят в таких ситуациях? Боже, сделай так, чтобы всё было хорошо. Ради него, ради их всех.

«Ты же дождёшься меня с Бонифацием?»

«Обязательно», — не раздумывая, обещаю я ему.

И я правда жду, день, два, неделю, две… На самом деле это не так уж легко, сидеть и ждать. Даже, несмотря на то, что я знаю, что он рано или поздно приедет. Недосказанность. Это то, что всё ещё разделяет нас, похлеще всех расстояний и километров.

Неловкое молчание и непонимание того, что же ожидает нас дальше.

Он пишет, каждый день, что-то лёгкое и нежное. А я напрягаю всю свою игривость, пытаясь поддерживать тон наших сообщений, чтобы не грузить и не грузиться. Понимаю, что все самые важные разговоры ожидают нас впереди. Он так и не позвонил, а я и не настаивала, побаиваясь того, что мы можем сказать друг другу. Казалось, стоит услышать его голос и тот дурацкий вечер, словно вставший на репит, оживёт снова.

Набрала смен в баре, Сева недовольно бурчит и грозит пожаловаться на меня Стасу, а я только отмахиваюсь от него рукой, зная, что не сделает. Просто не могу сидеть в их квартире и ждать. Мне нужно действовать, мне нужно чем-то забивать свою голову. Я опять невыспавшаяся и голодная. Только о последнем я догадываюсь слабо, так как вообще не думаю об этом, а рядом нет Кроли, которая бы пыталась хоть что-нибудь впихивать в меня по утрам. Пара кружек кофе и полпачки сигарет, мой удел, на котором я умудрилась продержаться пару дней, прежде, чем меня повело впервые.

Стояла за стойкой, выдавливая из себя улыбку, которая в последние дни безобразной маской приклеилась мне на лицо, когда у меня стали подгибаться ноги. Стояла-стояла, а потом полетела, очень плавно как в замедленной съёмке. Повезло, что рядом был Юрка, который по непонятной случайности оказался по эту сторону бара.

Сева тогда долго рычал и распекал меня, обещая прибить. Я списала всё на переутомление, но отказываться от смен упрямо не стала, понимая, что просто сойду с ума в квартире братьев.

Но есть я себя заставила, капитально так разозлившись. У меня вообще состоялся очень серьёзный разговор со своим отражением в зеркале, когда я втолковывала своей бедовой голове, что нельзя впадать в зависимость. Можно сколько угодно любить Стаса, скучать и хандрить, но забивать на свои потребности я не должна, как бы хреново не было. Иначе это крах всему.