Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

Мне нельзя было думать о нём, нельзя было мечтать, ничего нельзя. Три встречи. Три несчастные встречи, а я как влюблённая идиотка хожу и думаю о нём неделю. Неужели, мне оказалось надо так мало, чтобы глупое сердце усмотрело в поведение Чернова какие-то там надежды?

Дело дошло до того, что я заговорила со своим отражением в зеркале. Смотрела на своё лицо с заострённым контуром и бледной кожей, ловя серо-голубыми глазами презрительную улыбку тонких губ, и шептала:

— Вера, он не твой вариант.

Это не было приступом самобичевания или заниженной самооценки.

Всего лишь попытка трезво мыслить. Идеальные мальчики никогда не встречаются в серьёз с такими как я. Они живут в своём прекрасном мире и творят всё, что хотят за красивыми ширмами, утопая в своей лжи и самообмане, утаскивая на самое дно всех тех, кто рядом. Это не для меня. Я не хочу лжи, не хочу тонуть, не хочу верить ему и его сказкам.

Оставалось только печально вздыхать и пытаться забыться в круговерти дней. Через неделю Кролю достали мои несчастные вздохи.

— Вера, ты влюбилась, — со знанием дела заявила мне Ольга как-то утром.

— Что за бред! — возмутилась я, доставая из-под кровати огромную коробку со своим стратегическим запасом носков.

— Пффф, я каждый день страдаю, — привела я свой веский довод, надевая на себя сразу две пары носок. На улице холодало, и любимые кеды стали давать сбой. — Я — классическое воплощение идеи русской литературы, где всем плохо и все изнывают от безысходности. Считай, что я — квинтэссенция героев Достоевского, униженная и оскоблённая.

— Ещё назовись Сонечкой Мармеладовой и отправь себя на панель.

— Тебя или Достоевского?

— Сонечку Мармелодаву!

Мы вместе весело хмыкнули, оставшись довольные друг другом и собственным остроумием.

Кроля не стала дальше развивать начатую тему, зато я задумалась о том, что пора бы завязывать со своей позорной меланхолией и уже хоть как-то взбодриться.

Собственно этому я и решила посвятить свой сегодняшний рабочий вечер в баре.

Под недовольное ворчание Севки я выставила на стойку шахматную доску, расставив на ней разноцветные шоты на манер шашек. С одной стороны синие, с другой розовые. И затаилась. Вернее просто занималась своей работой, разливая крафтовое пиво, мешая коктейльчики и успокаивая нервного Игнатьева. А у самой из-за ожидания внутри всё натянулось до предела. Убеждала себя, что это просто так, от предвкушения очередной схватки, а не потому что, я жду кого-то конкретного.