Хозяйка Мельцер-хауса

И она побежала вместе с Эльзой на кухню. Вообще-то, и кухня, и другие хозяйственные помещения были для господ табу, эти территории предназначались только для прислуги. Однако Мари сама когда-то была здесь на побегушках, так что эта часть дома была ей хорошо знакома. Не колеблясь ни секунды, она вошла на кухню.

– Ханна! Бедняжка! Какое ужасное известие!

Ханна сидела на табурете у кухонной плиты, пока повариха утешала ее. Услышав голос фрау Мельцер-младшей, она подняла голову и улыбнулась сквозь слезы.

– Мари! – промолвила она и тут же в испуге прикрыла рот рукой.

 – Простите… я хотела сказать милостивая госпожа. Мне очень жаль, совсем ничего не соображаю.

Мари кивнула Брунненмайер и подошла к Ханне, чтобы обнять ее. Как это ни странно, но ей было легко прижать к сердцу эту бедную девочку, в то время как с Алисией она вела себя очень сдержанно.

– Она… она сказала, – всхлипывая, произнесла Ханна. – Что я должна… должна ее забрать…

Мари погладила ей спину, обрадовавшись, когда Брунненмайер принесла носовой платок: у Мари его не было.

– Высморкайся сначала, Ханна. Так… А теперь скажи, где живет твоя мать.

– В поселке Провиантбахквартир.

– Хорошо. Мы сейчас пойдем туда вместе с тобой. Надень куртку и прочные ботинки.

Повариха проворчала, что она тоже могла бы пойти с Ханной, но ей надо готовить обед. И если госпожа сейчас пойдет с Ханной в Провиантбахквартир, тогда пусть Эльза поможет на кухне, поскольку лук, морковь и картошку Ханна еще не почистила.

– Передай Эльзе, что это я ее прошу тебе помочь в связи с неожиданными обстоятельствами.

Даже если это не ее работа…

Рабочий поселок Провиантбахквартир находился недалеко от Мельцеровской ткацкой фабрики. В этом небольшом квартале располагались дома, построенные специально для рабочих: простенькие коробки с маленькими оконцами. Квартиры здесь были узкие, в основном двухкомнатные, зато оснащенные всем необходимым: туалетом, печью, ванной и кухней. Иоганн Мельцер построил в уже существующем квартале еще несколько домов, в которых он предложил своим рабочим приличные и недорогие квартиры.

До войны здесь располагались даже магазины – пекарь, молочник и мясник продавали рабочим свою продукцию. Кроме того, фабрики финансировали детские сады и бани. Квартиры принадлежали фабрикам и сдавались в наем только работающим на них, поэтому Мари сначала была очень удивлена, что мать Ханны все еще продолжала там жить. Разве ее не уволили? Увы, такова была судьба почти всех рабочих-текстильщиков.