Хозяин урмана

 — Но за неимением лучшего можно попробовать. Как, Охрим?..

— Можно… Только сначала…

Он недоговорил. Откуда-то сбоку раздались хруст ломаемого валежника, неразборчивые ругательства, и тут же на прогалину из подлеска вывалился… Бес! Боже, в каком он был виде! Мешковатые куртка и штаны его грязно-зеленого цвета с рыжими пятнами, делавшими владельца почти незаметным среди лесной пестроты, изорваны в клочья, через всю правую щеку протянулась глубокая царапина — явно не от сучка или ветки, левая кисть висела плетью и распухла.

Ни рюкзака, ни походного мешка при «цыгане» не оказалось, хотя, по здравому размышлению, должен был быть. Оружия, кроме ножа на поясе, тоже не наблюдалось.

— Что с тобой, Бес?! — сумел после минутного замешательства вымолвить Селютин.

— Об медведя зашибся! — нервно огрызнулся тот и стал судорожно хлопать себя по карманам, один из которых болтался наполовину оторванный. — У тебя папиросы есть?

— Ты же бросил курить?!

Михаил в изумлении протянул ему коробку «Невской перспективы» — дорогущих модных папирос, полученных от щедрот Кухтерина.

Бес с трудом прикурил, едва не сломав папиросину, так сильно тряслись его руки. Только сделав несколько глубоких затяжек, он немного успокоился и попытался улыбнуться. Но глубокая рана на щеке не позволила, и «цыган», скривившись от боли, прошипел сквозь зубы:

— Всё, дружище, мы пропали!..

Селютин молча ждал продолжения, хотя тоже закурил, что являлось признаком крайнего возбуждения.

— Я такого зверя никогда не встречал, — снова заговорил Бес.

 — Выглядит как медведь, но больше! Много больше!..

Все переглянулись. Охрим кашлянул.

— А человека ты, случаем, там не видел?

— Какого человека?.. А, этих трех гавриков, что топают за вами уже третьи сутки?..

— Нет. Одного. Но тоже очень большого…

— Что за гаврики? — насторожился Михаил.

— Не знаю, кто они, но идут за вами след в след, как заправские ищейки. — Бес с видимым сожалением выбросил мундштук докуренной папиросы. — Дай еще одну, — попросил он Селютина. — А большого человека не видел.

— Сердитый больно. Кто-то его сильно обидел, вот он и кидается на всех подряд.

— И что же нам делать, друзья-приятели? — иронически вопросил Михаил.

— Нужно делать вэр ромасан, — вдруг громко и ясно проговорил Илькун, про которого, признаться, все подзабыли. — Только так можно задобрить Хозяина урмана, и тогда он, возможно, отпустит остальных…

— Погоди-ка, — напрягся Бес. — Ты действительно думаешь, что к нам пожаловал сам хозяин тайги?! Но это же сказки!..