Хроники Амбера. Книги 1 - 13

Так смотрят на деревенского дурачка, спрашивающего, почему вода мокрая.

Тари… Звучало это вполне правдоподобно, и в глубине души я чувствовал, что Фреда говорит правду. Но откуда я знаю этот язык? Когда я его выучил?

Моя память утверждала, что я никогда его не учил.

И все же… все же я говорил на нем, как на родном. А еще я вдруг осознал, что мне все труднее вспоминать тантари, мой настоящий родной язык, — как будто он был частью какого-то далекого, полузабытого сна.

— Ты долго пробыл в Тени, верно? — со вздохом произнесла Фреда.

В Тени? А это что еще такое?

Но я вспомнил, как Фреда на меня посмотрела, когда я спросил, на каком языке мы разговариваем, и предпочел промолчать. Нет уж, не хочу я выглядеть ни дураком, ни невеждой, если без этого можно обойтись.

Так что вместо расспросов я сказал:

— Да, пожалуй, слишком долго. — Я не знал, что еще можно добавить. А кроме того, мне не хотелось ни делиться сведениями, ни выказывать свою неосведомленность.

— Ты до сих пор выглядишь ошарашенным, — сказала Фреда, а потом рассмеялась — уже почти по-доброму — и похлопала меня по руке. Ее ладонь, мягкая, словно шелк, пахла лавандой и медом. — Ну да неважно.

Я улыбнулся. Что ж, можно попытаться продвинуться дальше.

— А ты бы на моем месте не была ошарашена? — поинтересовался я. — Представь, что тебя среди ночи выдергивают из постели, ты дерешься с адскими тварями, потом тебя засовывают в этот нелепый экипаж и устраивают безумную гонку — и ни на единый твой вопрос не отвечают.

— Возможно. — Фреда кашлянула, прочищая горло. — Тари — это первоязык, — пояснила она буднично и сухо — так говорят с ребенком, не выучившим урок. — Это источник всех языков во всех мирах Царства Теней. Он — часть тебя, точно так же, как все, что ты видишь вокруг, — часть Хаоса. Надеюсь, Владения Хаоса ты помнишь?

Я покачал головой, снова чувствуя себя совершенно по-идиотски.

— Боюсь, я никогда там не бывал.

— Жаль. Они очаровательны — на свой лад.

Взгляд Фреды устремился куда-то вдаль. Похоже, она погрузилась в воспоминания. И это место — как так она его назвала? Владения Хаоса? — явно ей нравилось.

— Ночка выдалась бурная, — сказал я, надеясь услышать еще что-нибудь интересное. — Да и день, пожалуй, тоже. Что ты обо всем этом думаешь?

— Я сделал неопределенный жест, который с равным успехом мог относиться и к экипажу, и к всадникам, и к картам.