Хроники Хокмуна. Рунный посох

В одном из фургонов я нашел лук и стрелы и подумал, что они могут пригодиться. Потом я вернулся к нашему фургону и заметил, что туда вошел Агоносвос. Я догадался о его намерениях и спрятался.

— Но как тебе удалось не отстать от лошадей? — спросил Хокмун.

— Я нашел себе даже более быстрого союзника, — улыбнулся Оладан и указал на появившееся из-за деревьев удивительное 'существо. У существа были невероятно длинные ноги, хотя остальные части тела казались совершенно нормальными. — Это Влеспин. Он ненавидит Агоносвоса и охотно согласился помочь мне.

Влеспин посмотрел на них с высоты своего роста.

— Ты убил его, — сказал он. — Хорошо.

Оладан осмотрел багаж Агоносвоса и вытащил оттуда свиток пергамента.

— Карта, И провизии вполне достаточно, чтобы мы могли добраться до побережья. — Он развернул карту. — Это недалеко. Смотрите.

Они склонились над картой. Хокмун увидел, что до Мермианского моря им осталось чуть больше сотни миль. Влеспин отошел к лежащему неподалеку телу Агоносвоса.

Секундой позже они услышали его крики, обернувшись, увидели колдуна, живого и невредимого. Он угрожающе размахивал мечом Хокмуна и шел прямо на длинноногого человека. Меч вошел в грудь Влеспина, ноги его подкосилась, и он, дергая ими словно кукла, рухнул на землю. Вскоре он затих. Хокмун был потрясен. Из-под шлема донесся сдавленный смех.

— Глупцы! Я прожил уже девятьсот лет. И за это время я кое-чему научился.

Не раздумывая, Хокмун прыгнул на него.

Он понимал, что это, пожалуй, его единственный шанс спастись. Агоносвос, хотя и перенес удар, который должен был стать смертельным, заметно ослабел. Они боролись, сцепившись, на краю большой лужи. Оладан бегал вокруг них и, улучив подходящий момент, запрыгнул на спину колдуну и сорвал с его головы шлем. Агоносвос взвыл, и Хокмун, увидев перед собой белую голову старца, почувствовал, как тошнота подступает к горлу. Это было лицо трупа, давно обглоданного могильными червями. Агоносвос закрыл лицо руками и попятился.

Хокмун подобрал меч и вскочил на голубую лошадь. Из леса до него донесся голос:

— Я не забуду этого, Дориан Хокмун. Когда ты попадешь в руки барона Мелиадуса, я приду посмотреть на твои мучения.

Хокмун содрогнулся и направил коня в сторону Мермианского моря.

Через два дня небо просветлело и засияло яркое солнце. Впереди, у самого моря, лежал город, где они смогут сесть на корабль и добраться до Туркии.