Хроники Хокмуна. Рунный посох

Затем, много позже, он услышал гневный крик Агоносвоса:

— Прочь с дороги! Прочь!

Хокмун пытался разглядеть что-нибудь впереди, но видел лишь лошадь Агоносвоса и край его плаща. Он смутно слышал другой голос, но разобрать, что он говорит, не мог.

— Ааа! Да выест Колдрин твои глаза!

Хокмуну показалось, что Агоносвос покачнулся в седле. Лошади замедлили бег, потом остановились. Он увидел, как старец наклонился вперед и свалился на землю. Ползая в грязи, Агоносвос пытался подняться. В боку его застряла стрела.

Хокмун, совершенно беспомощный, не мог понять, какая новая опасность подстерегла его. И неизвестно, что лучше: быть убитым сейчас или дождаться суде Короля Хаона.

Появился Оладан и, перепрыгнув через барахтающегося в грязи Агоносвоса, подбежал к Хокмуну. Он перерезал ремни, и Хокмун свалился с лошади. Оладан широко улыбался.

— Твой меч — в сумке у старца.

Хокмун, поднимаясь и распирая онемевшие руки и ноги, облегченно вздохнул.

— Я думал, ты убежал обратно в горы.

Маленький человек начал было что-то говорить, но Хокмун прервал его криком:

Старец, зажимая рану рукой, приближался к карлику.

Хокмун, позабыв о боли, бросился к лошади колдуна. Ему пришлось перерыть почти весь багаж Агоносвоса, прежде чем он нашел меч. Оладан с колдуном уже боролись, катаясь в грязи.

Хокмун подбежал к ним, но ударить мечом не рискнул, боясь задеть друга. Он наклонился и, вцепившись в плечо Агоносвоса, стал оттаскивать рассвирепевшего старца. Сначала он услышал рычание из-под шлема и лишь потом заметил в руке Агоносвоса меч.

Меч со свистом рассек воздух. Хокмун, едва держась на ногах, с трудом отразил удар. Колдун ударил еще раз.

Хокмун не растерялся. В ответ он попытался попасть в голову Агоносвоса, но промахнулся и едва успел парировать новый выпад, Потом он увидел незащищенное место на теле противника и вонзил меч в живот колдуна. Агоносвос вскрикнул, попятился на негнущихся ногах и, схватившись руками за меч Хокмуна, попытался вывернуть его из рук герцога.

Затем он широко развел руки, начал что-то говорить и упал навзничь в грязное месиво.

Тяжело дыша, Хокмун прислонился к стволу дерева. Кровь начала приливать к онемевшим конечностям, и боль в них усилилась.

Оладан поднялся из грязи. Его трудно было узнать. Колчан со стрелами валялся на земле, и карлик, подняв его, осматривал оперение стрел.

— Некоторые поломаны, но я заменю их, — сказал он.

— Откуда они у тебя?

— Ночью я решил побродить по лагерю Агоносвоса.