Хрустальная ловушка

Сопротивляться силе, скрытой в нем, было бесполезно…

И не все ли равно, куда они пойдут? И где она окажется завтра утром. В снегу, возле коттеджа, в ледяном склепе или в своем собственном кошмарном сне…

В дверях они столкнулись с возвращающимся Марком.

Ему не просто не понравилась инициатива Ионы — он был взбешен.

— Куда это ты ее тащишь, парень?

— Домой. Разве не видишь, что она напилась?

— По-моему, это не твое дело.

— Я не оставил, — Марк вдруг начал оправдываться перед младшим братом. — Я вышел только на минуту.

— Ну хорошо. Пусть не на минуту. Мне нужно было выйти.

— Все равно. Нельзя было ее оставлять.

— Как бы там ни было, я уже пришел. И тебе нечего делать рядом с моей женой. С моей, — Марк сделал ударение именно на этом слове, — женой.

Иона сжал кулаки, но все же отступил. Как в тумане Ольга видела его прямую и жесткую спину: до чего же безобразно она напилась, до чего же ужасно, что Иона увидел ее жалкое и стремительное падение.

— Ты как? — спросил Марк.

— Не очень хорошо, — честно призналась Ольга.

Марк усадил Ольгу за столик рядом с выходом. Из открытой двери в помещение проникал морозный воздух, и Ольге стало легче. Быстрое и отчаянное опьянение понемногу проходило, на смену ему пришла такая же отчаянная тошнота.

— Я сейчас, — прошептала Ольга Марку, с трудом справляясь с ней.

— Я провожу тебя, — все-таки он понимал се с полуслова.

— Зачем ты позволил мне так напиться? — жалобно спросила она, но даже не стала выслушивать явно запоздавший ответ.

…В туалете ее вывернуло наизнанку, но стало намного легче.

Несколько минут она стояла перед зеркалом, разглядывая свои собственные, смазанные алкоголем черты. Самым ужасным было то, что она позволила себе распуститься перед Ионой, и еще это пьяное, дурно пахнущее кокетство… Ольга опустила голову в раковину и до упора вывернула кран с холодной водой.

Когда она вернулась в зал, у нее защемило сердце: рядом с Марком сидел отец. Только этого не хватало! Отец — испытание еще потяжелее Ионы. Придав своему взгляду максимально трезвое выражение, она присела за столик рядом с Марком.

— Привет, пап! А почему ты здесь?

Шмаринов внимательно посмотрел на дочь. Когда только он успел выпить?

— Девочка заснула. И спать будет до утра, если верить немецкому снотворному вашего коновала. А я решил проведать вас. Тем более что Марк рассказал мне о твоих подвигах.

— Подвигах? — Ольга напряглась. Даже если хмель и забивал поры ее тела, то теперь он выветрился окончательно.