Художница из Джайпура

 – Что я несу! Мне повезло, что у меня появился такой чудесный малыш. – Она чмокнула его пухлую ручку. – Глупости это все.

– Вам кажется… – осторожно начала я. – Быть может, присутствие Радхи…

Канта затрясла головой.

Она осторожно встала, положила заснувшего младенца в колыбель и с притворной веселостью застегнула кофточку.

Мы вышли из детской.

За чаем с печеньем я рассказала Канте и Ману о Шимле. Канта захлопала в ладоши. Ману поздравил меня. Я ответила на их вопросы о том, чем буду заниматься в больнице леди Брэдли и поликлинике доктора Кумара, и они заверили, что мне наверняка удастся исполнить задуманное.

Через час я извинилась и пошла сообщить Радхе новости. Мне показалось, она меня избегает. Я нашла ее на заднем дворе: она развешивала чистые пеленки.

Когда я сообщила, что мы с Маликом через две недели отбываем в Шимлу и что Парвати купила наш раджнагарский дом, Радха остолбенела.

Ее реакция меня удивила: я думала, сестра обрадуется, что я уеду в дальние края.

– Ты и сама понимаешь: мне теперь в Джайпуре делать нечего, – мягко добавила я. – Мои мехенди здесь уже никому не нужны, и я готова попробовать что-то новое.

– Но… мы ведь еще увидимся?

Меня осенило: после всего, что с ней случилось – Питаджи утонул, Маа умерла, Рави ее предал, – Радха решила, что и я ее бросаю.

– Когда захочешь. Я вышлю тебе билет. Приезжай в любое время. Разумеется, Малик будет в школе и вряд ли сможет составить тебе компанию.

Радха недоверчиво уставилась на меня:

– Он многое пропустил, но больше я не позволю ему отлынивать. Он пойдет в школу имени епископа Коттона. – Я прошептала шутливо: – Он уже учится носить ботинки.

Я думала, мы вместе посмеемся, но Радха задумалась. Я выудила из корзины сырую пеленку.

– Должно быть, тебе тяжело каждый день видеть Ники и знать, что Канта хочет чувствовать себя его матерью.

На веревке висел мешочек с деревянными прищепками. Я достала две штуки.

– Смерть ребенка стала для нее жестоким ударом. У нее ведь было два выкидыша. И теперь она всего боится. Куда и девалась прежняя веселость.

Я прищепила пеленку к веревке.

– Мне показалось, ее тревожит, что Ники любит тебя больше. И что у тебя так естественно и легко получается за ним ухаживать.