Киллер навсегда

Катышев барабанил кулаком по двери и орал:

— Волгин! Вставай, сучий потрох!

Сергей протер глаза, взял часы. Шесть утра ровно. Всего два часа удалось поспать. Поднимаясь из кресла, невольно вскрикнул от боли — показалось, что и разогнуться не сможет, так болел отбитый бок. Доковылял до двери, впустил начальника. Встал у окна и, потирая поясницу, зачем-то спросил:

— Тебе дождь нужен? — Катышев засек бутылку на полу возле кресла, улыбнулся и налил себе сто пятьдесят граммов. — И дождь смывает все следы! За что тебя уважаю, Сергеич, — выпивка у тебя классная.

Ну, прозит!

— Я ж просил меня разбудить… А кто следователь?

— Поперечный. Который и на осмотре был. Он сегодня, оказывается, по городу дежурит, мы его с какого-то изнасилования выцепили.

— Обыск на казаринский адрес он выписал?

— Ни фига! Сказал, еще утром приедет.

— Я лично проконтролирую, — заверил Катышев, но Волгин лишь скептически покачал головой: всем было известно, что деловая активность начальника ограничивается рамками рабочего времени, — сразу после утренней «сходки» он умотает к очередной любовнице, откуда станет названивать домой и плести байки о том, что сидит в засаде на террористов.

Впрочем, сейчас жена Катышева была в отъезде, и он мог гулять без всякой конспирации. — А вообще-то, Сергеич, ты тоже не во всем прав. Какого хрена ты сунулся в одиночку?

— Сам же просил пару эксцессов…

— Хорошо, если Казарин сядет. Победителей, блин, не судят. А если нет? Что за коррида со стрельбой получилась? Неправомерным применением оружия пахнет!

— Иди ты, Василич, лесом.

Я к нему на капот для удовольствия прыгнул? Что, надо было ждать, пока он меня по стенке размажет? Неправомерное…

— Не кипятись, я Поперечному то же самое сказал. Говорю, злостное сопротивление, угроза жизни, блин, сотрудника. Конкретное покушение. Не хочешь «мокруху» — возбуждай эту статью и смело по ней закрывай, все основания есть, а уж в камере мы его и по Локтионовой дожмем. Не повелся, гад! Казарин, мол, не знал, кого давит, скажет, что от бандита спасался.

Если б, говорит, сотрудник в форме был… Я ему так и сказал: ты чо делаешь?

— Ну, мимо! Насмерть уперся. Волгин пожал плечами:

Начальник ушел. У Сергея оставалась еще половина литровой бутылки водки, а пережитый стресс настойчиво требовал, чтобы его сняли. Опер запер дверь, устроился в кресле поудобнее и взял стакан…

— Складно звиздит, — Волгин вернул протокол следователю.

Поперечный поджал губы, сказал после паузы:

— Я и сам понимаю, что он врет.