Кинг

— Я, бл*дь, разнесу тебе мозг по всей комнате, если ты не перестанешь меня кусать, сука. А тогда мои ребята перестреляют твоих дружков и бросят их в болото. Это то, чего ты, бл*дь, хочешь? — выдохнул он, сильнее прижимая пистолет к моей голове.

— Нет, — задохнулась я.

Айзек скользнул рукой по моим ногам и схватил за резинку трусов. Когда я закричала, он снова прикрыл мне рот и оседлал меня, поставив колени по обе стороны моих ребер и сжав ногами так сильно, что я почувствовала хруст в тот же момент, когда резкая боль взорвалась у меня в груди.

Свободной рукой Айзек потянулся к своему сапогу и достал оттуда длинный охотничий нож. Он занес его в воздухе и вонзил в мое бедро настолько глубоко, что я почувствовала, как лезвие коснулось кости.

Когда он вытащил зазубренное лезвие, вместе с ним вышли кусочки моей плоти.

— Я говорил тебе, бл*дь, не кричать, ты, тупая пи*да.

Боль взревела в моей ноге и расползлась в каждое нервное окончание моего тела, будто меня ударили по всей ноге, а не только в бедро.

Слезы хлынули из глаз, когда я попыталась увидеть через пелену боли.

Руками Айзек вернулся к моей одежде, сдергивая трусики вниз. Холодный воздух коснулся моих теперь открытых частей тела, давая мне знать, что Айзек удачно избавился от них.

Он разместился между моих ног и потянулся вниз к своему члену у моего входа.

— Будешь сопротивляться, и они сдохнут, — произнес он, глядя мне в глаза.

Не было ничего в его поведении, заставившее бы меня поверить в то, что он не был тем парнем, кто не воплощает свои угрозы в жизнь.

Он имел в виду каждое слово. Если я закричу, если буду сопротивляться, единственные люди в мире, которых я люблю, умрут.

— Послушная девочка, — прошипел он, когда я раздвинула колени в стороны.

Приложив немало усилий, Айзеку удалось войти в меня. Он пробивался. Мое тело было сухим, будто тоже боролось с тем, чтобы не дать ему проникнуть. Он плюнул на руку и сунул ее между нами.

Я крепко зажмурила глаза. Может быть, если я не буду видеть, всё это окажется лишь выдумкой.

Но не оказалось. Потому что, если и не могла видеть, я чувствовала.

Он вошел в меня, полностью сокрушая мое тело, которое я только недавно подчинила сама себе. Это было не только вторжением в мое тело. Он заражал мою душу.

Звук из соседней комнаты разрезал воздух.

— Какого х*я? — взревел Айзек, поднимаясь с меня как раз вовремя, чтобы повернуть голову к теперь открытой двери.

Хлопок. Голову Айзека разорвало, будто по арбузу ударили молотом.