Кинг

А незадолго до этого он тревожился о пожилой женщине и помогал ей найти утешение в последние дни ее жизни.

А сейчас он приближался длинными шагами к грузовику, в его темных, опасных глазах горел безумный, яростный взгляд. Только когда он оказался на расстоянии трех метров от меня, я смогла получше рассмотреть его.

Кинг крепко сжимал деревянную бейсбольную биту. Темные пятна покрывали поверхность снаряда и все его тело, капли чего-то были разбрызганы на его груди и лице. Когда он повернулся положить биту обратно в багажник грузовика, на него упал свет, и мое дыхание замерло в груди.

И бита, и тело Кинга были покрыты кровью.

Кинг выехал с парковки с визгом шин. Когда мы достигли трассы, Кинг свернул на первом же повороте и остановил грузовик под мостом. Мое сердце быстро и тяжело стучало в груди.

Свет луны падал на лобовое стекло, создавая эффект мерцания на каплях высохшей крови на лбу Кинга.

— Какого х*я там произошло? — завизжала я, расстегивая свой ремень безопасности.

— Бизнес, — ответил Кинг, не придавая слову ни единой эмоции.

— Ты покрыт кровью! Ты убил… Кого-то?

— Нет, не убил, но он подумает дважды, прежде чем снова совать нос в мое дерьмо.

— Кто-то, кто привык путаться с Айзеком. Преппи узнал, что тот был шестеркой, которая доложила Айзеку о «Бабулиной оранжерее». Нужно было преподать урок. Ему не понадобится его рот, если он не будет знать всякую херню, — Кинг провел ладонью по голове. — Если войне предстоит начаться, она начнется.

— Вот что случится? Начнется война? — спросила я. — Что нам делать?

— Не будет никакой войны, если я смогу разобраться. Я вышел на людей Айзека, попросил о встрече. Хочу разобраться со всей этой ху*ней, пока не стало хуже, — Кинг развернулся ко мне. — Ты ничего не будешь делать. Я все держу под контролем. Тебе не стоит переживать об этом. Обещаю, с тобой ничего не случится. Я сказал, что защищу тебя, и я говорил серьезно.

— Думаешь, я волнуюсь о себе? Машина Преппи в буквальном смысле слова взлетела на воздух.

Медведь живет в гараже в десяти футах от тебя. За тобой охотится опасный парень, и, по твоим же словам, он на самом деле опасный, а ты думаешь, что я о СЕБЕ беспокоюсь?! — я задыхалась. — Какой, мать твою, эгоисткой ты меня считаешь?!

— Так ты волнуешься обо мне, щенячьи глазки? — поддразнил Кинг, вздергивая бровь.

— Нет! То есть да. Почему тебя это, бл*дь, раздражает? — закричала я. Кинг выключил зажигание.