Кинк. Право на удовольствие

Можно, можно оставаться хорошим человеком, не теряя себя! После настолько конкретного вопроса у меня не было выхода, кроме как хоть что-то ответить:

— Ничего ужасного, Артем. Я просто не могла сообразить, как следовало вести себя в таком случае — поступила, как подсказывала совесть, а ощутила себя жалкой неудачницей. Поступила бы иначе — стала бы в собственных глазах бессовестной стервой.

— Золотая середина всегда где-то между. — Он улыбался теперь мягко. — Если думаешь, что поступаешь правильно, — славно.

Если в процессе тебе садятся на шею — врубай стерву. Не хватит сил самой врубить стерву — сообщи Володе, он будет только счастлив твоему бывшему руки сломать. Все очень просто, когда перестаешь усложнять.

Теперь я чувствовала себя превосходно, особенно смешно стало, когда Артем случайно упомянул про перелом руки. Я встала, стряхнула с себя недавнее наваждение и широко улыбнулась.

— Думаю, что мне не помешает выпить. Предложение еще в силе?

— Да. Но без меня. Я надолго пропасть не смогу в разгар рабочей ночи.

Сделав глоток коньяка, поморщилась, но он прибавил сил для лукавого взгляда.

— А про увольнение ты так и не решил. Я пойму, честное слово.

Артем закусил нижнюю губу и сделал ко мне шаг. Его лицо подсказывало, что он настроился на интересное продолжение:

— Лиля, а давай поиграем в интересную игру? Она называется «Дорогой Артем Александрович, ради этой работы я готова на все». Объяснить правила?

Я не сдержалась — рассмеялась легко и поддалась его настроению:

— Не стоит.

Я примерно понимаю, — опустила глаза в пол, изобразила смущение и зашептала, мелкими шагами приближаясь к нему: — Артем Александрович, а есть какой-нибудь способ меня не увольнять? Мы можем договориться?

— Даже и не знаю. — Он с улыбкой отступил. — А как ты умеешь договариваться? Учти, что я директор самого развратного клуба, меня непросто удивить.

Он наткнулся на стол и потому остановился, а я прижалась к нему всем телом и выдохнула в подбородок:

— Что-нибудь придумаю.

Артем с иронией наблюдал, как я расстегиваю ремень на его брюках, притом не отводя взгляда от его глаз. Мне не помогал, но явно наслаждался тем, как я стараюсь вовлечься в роль. Хотя при чем тут роль? Он действительно директор, а я официантка, пропустившая смену без уважительной причины. И пусть не последнюю роль играет тот факт, что само начальство мне очень нравится и разные пошлости я готова творить с ним в любое время дня и ночи.