Кинк. Право на удовольствие

А может, все очень просто, как он и говорил? Может, я просто шлюха — вот и все объяснения? Он ведь даже не держит меня за талию или плечи, чтобы я не могла отодвинуться всего на пару сантиметров. Слишком нежно и осторожно, без малейшего напора — и именно это парализует, заставляет захотеть чуть большего. Касания языка вскользь и возвращение на поверхность губ почти вызывают стон, но стон был бы неуместен, он словно бы опошлил эту дребезжащую невинность. Меня его нежность вводит в транс, заодно и ласкает самолюбие, ведь ее не дарят сотням или тысячам, не растягивают усилием воли, а тратят только на особенных.

Именно так и произошло — и слишком скоро, мне точно не хватило, чтобы все прочувствовать. Но Артем отстранился немного и сказал, я лишь в интонации почувствовала легкое разочарование:

— К сожалению, мне действительно нужно вернуться на работу, пока там все не разнесли к дребеням под присмотром нашего общего недруга.

И я неожиданно для себя попросила внезапно охрипшим голосом:

— Артем, подожди! Еще кое-что. Научи меня! Научи меня быть такой, которая сумеет быть просто счастливой. И пусть она будет называться твоим барменом или бухгалтером в солидной фирме, неважно… Я просто хочу стать ею!

— Я бы тебя вообще всему научил, Лиля, — он ответил так же тихо, не отнимая лба от моего. — Но боюсь, один раздражающий элемент будет постоянно в этом процессе участвовать.

— Почему? — я от удивления чуть подалась назад и посмотрела ему в глаза.

— Потому что Володя пока дает тебе то же, что я, хотя и иначе. В смысле, он тоже умеет делать из тебя ту, о ком ты говоришь. Сомневаюсь, что ты в скором времени определишься, кто из нас делает это лучше.

— То есть я просто шлюха? — захотелось и его мнение узнать, а не только прокручивать это слово в голове.

Артем сделал шаг назад и задумчиво посмотрел в черное небо.

— Обычно этот вопрос задаю я, во время собеседований при приеме на второй этаж, хотя и в другой формулировке. А самому ни разу не приходилось на него отвечать.

— И все-таки попробуй, директор «Кинка», от тебя прозвучит резоннее всего!

Он снова глянул на меня и улыбнулся.

— Нет, Лиля, ты не шлюха. Ты и сама заметила, что просто просыпаешься, вырастаешь из старой кожи.