Клеймо тирана (СИ)

— Конечна, милая, ведь это мое поручение он выполнял.

Я хочу открыть рот, чтобы сказать, что он может его и вытащить, раз по его вине попал в тюрьму, но почему — то просьба застревает в горле. Взгляд невольно тянется в сторону, касается Леона, что сидит напряженный как струна, готовая вот — вот лопнуть. Андронов не поможет. Потому что является врагом босса Леона. И почему — то я испытываю даже облегчение, потому что я Леона ненавижу, а этого старика боюсь до мороза по коже. Ходили слухи, что он любитель практиковать БДСМ.

— Я пойду работать, — хочу отойти, но его костлявая рука впивается в мое плечо, а скрипящий голос льется в ухо.

— А ты знаешь, маленькая рыжая сучка, что ты мне должна.

— Если вы про деньги… Я отдам.

— Нет. Ты осталась целкой в приюте, потому что все знали, что ты должна будешь стать моей девочкой.

— Нет, — дергаю рукой, но он лишь крепче ее сжимает. — Это Коля. Он…

— Коля трудился на меня долгое время, пока не провалил задание и теперь получил по заслугам.

— Я не свободна. Я с Леоном, — говорю быстро, испуганно. Вижу самого Зверева с Черкашиным и Гошей и тут же вырвавшись, убегаю на кухню. Оттуда в подсобку, закрываю дверь, сажусь на пол, погружаясь в свои мысли. Я не хочу даже думать о том, что, Коля меня обманывал, он просто не мог. Не мог пообещать меня этому старику с замашками садиста. Не мог. Он все врет. Они все врут, чтобы оболгать Колю.

Коля самый лучший. Он столько раз спасал меня. Он любит меня. Он не стал бы со мной так поступать! Он никогда не причинил мне вреда. Никогда не угрожал. И после приюта. Мне не хотели давать квартиру, а он отдал свою. Переписал ее на меня. Разве так делают обманщики?

Да и этот Андронов. Я не помню, чтобы он проявлял ко мне особое отношение. После приюта я вообще не видела его ни разу.

Сердце, частившее, успокаивается.

Вскрикиваю, когда дверь открывается рывком, хлипкий замок просто срывается. На пороге Зверев, занимает весь проем.

— Чего? Чего тебе нужно? — сразу нападаю, встаю, хочу протиснуться, но он легким движением сносит меня к стене, падают какие-то швабры, а он закрывает двери, погружая нас с ним в полную темноту.