Мы сели рядом и стали перебирать финансовые отчеты, все больше погружаясь в мир цифр отцовской компании.
— Это получается, Петя с его отцом нас обворовывали? — спросил Герман зло, комкая один из листков.
Я пожимаю плечами. Мне кажется, это очевидно. Просто я сделать ничего не могла. Может у Германа получится?
— Его нужно поймать с поличным, но он очень аккуратен.
— Представляю, как он злится, что я получил доступ ко всему этому, — хохочет он, откидываясь на спинку стула.
А мне не смешно, потому что Петя на многое пойдет ради достижения цели.
И я не знаю, что он может сделать с Германом.
Он безобидный, пока дела не касаются его привычного образа жизни. Он не смог бы жить без денег. А, вот интересно, смогла бы я?
И в голове снова вспышка. Старая, убогая квартирка и высокий темноволосый парень.
Даже смешно.
Я и черта бедности?
Мне кажется, у меня бы смелости не хватило сбежать из сытой жизни. Может быть… — смотрю на Германа, что трет себе шею – может быть ради кого-то.
Встаю, словно во сне, и подхожу сзади.
Я так делала несколько раз, но стоило мне коснуться пальчиками кожи шеи, как меня прогоняли прочь.
А как будет в этот раз?
Накрываю дубовую шею, чувствуя, сколько скопилось соли, и сразу отвлекаю внимание разговором, потому что Герман напрягся.
— Такое ощущение, что ты несколько месяцев спал без подушки.
— А так и есть, — расслабляется он, и я с улыбкой принимаюсь разминать его шею и плечи. – Как Слава? Меньше сыпи стало?
— Да так же… Поэтому я подумала…
— Так, — задирает он голову, и я смотрю в его карие глаза.
На губы, что призывно приоткрыты. – Ты решила?
— Я, пожалуй, рискну, потому что другого выбора, кажется, у меня нет.
— Хорошо, — возвращает он голову в исходное. – Но потребуется больше одного сеанса.
— Я готова.
— Это может быть болезненно.
— Хватит меня пугать. Ради Славы я готова на многое! Даже на боль.
— Хорошо, — останавливает он мои движения, целует ладонь и встает из-за стола. — Тогда не будем медлить. Я все подготовлю.
И пока он уходит, я смотрю на место касания его губ и не могу выкинуть из головы мысль, что я ничего не ждала так сильно, как этого массажа.
Глава 32.
Мне должно быть крайне стыдно перед мужем. Но отправляя его на работу на следующий день, чинно целуя в щеку, я испытываю только разочарование, что уезжает и Герман.
Значит он забыл? Или перехотел? Или посчитал неприличным оказывать подобного рода услугу замужней девушке.
Тем более, что он никогда не проявлял ко мне симпатии.
