Клюква с косточкой

Жаль, не могла загуглить, как затопить печь, но я помнила, как это делал Янис. Он как знал, что это однажды мне пригодится, рассказывая, как пользоваться заслонкой, чтобы дым шел куда надо.

Я поставила на газ кастрюлю с водой. Заодно погрела над конфоркой руки. И пока вода закипала, нашла листок и карандаш. Минут пятнадцать тщательно продумывала, как правильно составить вопросы, чтоб никто ничего не заподозрил. А когда поела, отправилась на поиски кого-нибудь с телефоном.

Мне повезло. Я заметила свет в окне домика в самом конце деревни.

Мне открыл старенький-престаренький дедуля. Я уж было расстроилась: наверняка он вообще не знает о существовании телефонов. Но, к счастью, ошиблась. Вскоре в моих руках оказался кнопочная и прошедшая через многое «нокия» с тусклым зеленым дисплейчиком. Я набрала номер, написанный на моей руке. Катя ответила почти сразу, и я ввела ее в курс дела.

Дедуля недовольно косился, как-никак я проговаривала его деньги, но зато потом очень широко улыбался во весь беззубый рот, держа в руках тысячу рублей.

Я вернулась в дом, который уже успел немного прогреться, забралась в постель, вспоминая, как не так давно здесь, укрывшись телогрейками, мы вместе с Янисом грели друг друга поцелуями.

— Вот увидишь, милый, уже послезавтра тебя выпустят из зала суда! — прошептала я.

Серый бетонный пол, зеленые стены с облупившейся краской, четыре двухъярусные кровати, с которых свисали вонючие ноги и доносился жуткий храп.

Я полночи просидел за железным столом. На нем лежали книги, газеты и какие-то журналы.

Изо всех сил боролся со сном и ждал, когда за зарешеченное окно пробьется солнечный свет и разгонит по углам призраков. Но на пару дней меня подкосила болезнь, и мозг отключался, без разрешения погружая меня в кошмары, как бы я ни старался их избегать.

Я думал, что так страшно, как в детстве, мне уже не будет — мальчику из большого красивого дома, где царили любовь и понимание, была уготована судьба похоронить родителей и перебраться в детдом, в котором свои законы.

Но то, что я пережил за эти полтора месяца в камере, оказалось для меня настоящим испытанием…

Сильные пальцы ужаса каждую ночь сжимали мое горло, пока я не начинал задыхаться.

Призраки приходили ко мне каждую ночь. Каждую чертову ночь они сводили меня с ума во сне и наяву. Антон, Жанна… Антоха снился как всегда веселый, улыбался, что-то объясняя на пальцах, а Жанна… она приходила ко мне с ножом в груди и постоянно плакала, спрашивая, где наш сын.