Клуб избранных

По его понятиям, именно так поступали мушкетёры короля, салютуя окровавленной шпагой поверженным гвардейцам кардинала.

Через месяц на благотворительном банкете в пользу больных лейкемией, новый заместитель губернатора с бокалом в руке подошёл к Коху и, улыбнувшись, тихонько произнёс:"

"– Ну что, Вы, батенька устроили в городе? Мы ведь не Чикаго. Петербург, знаете ли, всегда был культурной столицей. Милосерднее быть надо, милосерднее!

– Милосердие – поповское слово! – с удовольствием процитировал Кох сыщика из популярного кинофильма.

 – А я попам не верю, – после короткой паузы добавил он и пристально посмотрел чиновнику в глаза. Заместитель стушевался и под благовидным предлогом отошёл в другой конец зала. Сам Кох верил только в холодный расчёт, всепобеждающую силу денег и безотказный «Вальтер», который не раз выручал его в трудных ситуациях.

В кабинет тихо вошла секретарь и поставила на стол чашечку чёрного кофе и маленький изящный бокал с капелькой бренди на донышке. Вкусы и пристрастия шефа она знала наизусть.

Кох выпил бренди и с удовольствием почувствовал, как напиток живительной влагой разливается по всему телу, после чего сделал маленький глоток кофе.

В этот момент на блёклый северный небосклон из-за туч выкатилось солнце, и мир сразу заиграл весёлыми разноцветными красками. Солнечный лучик, упав на полированную столешницу огромного письменного стола, осторожно коснулся левой руки хозяина кабинета. Кох пошевелил пальцами, и чёрный бриллиант, оправленный в золотой перстень старинной работы, полыхнул неземными красками.

Этот перстень Кох всегда носил на безымянном пальце левой руки и никогда не снимал. Начиная с восемнадцатого века перстень передавался по наследству от отца к сыну, и, по преданию, служил оберегом для мужчин династии Кох. Генрих Вольфович в сказки не верил, но пару лет назад попал в переплёт, после которого уверовал в мистические свойства перстня.

Коха всегда пытались устранить. Это стало привычным ритуалом.

Примерно раз в год кто-то из заклятых друзей заказывал Генриха Вольфовича и терпеливо ждал его безвременной кончины. Оставшись в живых после очередного неудавшегося покушения, Кох делал ответный ход, и заказчик умирал. В тот раз конкуренты почти его достали, спасла случайность.

В тот достопамятный день Кох приехал в один из обширных парков в Парголово, и, сидя в бронированном «Мерседесе», ждал, когда подъедет нужный человек. Джип с охраной где-то застрял.