Князь поневоле. Большая война

— Очень интересные условия, господа, — свои слова я сопроводил подбором деревянного макета японского линкора, — но позвольте спросить: какой вам смысл от Южного Сахалина? Деревья и злые медведи? — я опустил кораблик у берегов Сингапура, — А вот это…

В комнате повисла гробовая тишина. Один из адъютантов японского главнокомандующего непроизвольно шагнул вперёд, желая точнее рассмотреть планы. Я же предлагал не просто важный город, ставший в моё время самым дорогим городом для проживания, а фактический контроль над Малаккским проливом — ключом к азиатской торговле.

В моё время через него проходила примерно четверть всей мировой торговли. К тому же, это самый кротчайший путь в морскую часть Восточной Азии, а значит, японцы смогут защищать собственные территориальные воды.

Генерал Танака, морской министр Японии, оторвал взгляд от карты и резко поднял голову:

— Вы предлагаете нам войну с Британией?

— Я предлагаю вам возможность выжить. — я обвёл взглядом всю русскую делегацию, стоящую сейчас за столом, — Сейчас мы единственная сила, которая может противостоять британским силам на континенте.

Мы смогли вытеснить их из Персии, и Индия по сей день полыхает. Думаете, что если нас сметут, то британцы перестанут протягивать собственные щупальца во все стороны? Вы полагаете, что они будут терпеть сильную морскую державу в Азии, которая угрожает их владениям? — я хмыкнул, вынимая папку из портфеля, — Вот наши расчёты по британским гарнизонам в Азии. Сингапур — восемь тысяч человек. Гонконг — пять тысяч человек. Индия — сто двадцать тысяч человек. Австралия — тридцать пять тысяч человек. Они все разбросаны на территории в несколько тысяч вёрст — громадные земли.

Ямагата взял документы, не сводя с меня глаз. Его пальцы медленно перелистывали страницы — я видел, как он отмечает про себя каждую цифру, каждую карту и нанесённую на них чёрточку.

— Вы хорошо подготовились, князь. — наконец сказал он, — Но бумаги и планы — это не солдаты.

— А солдаты не есть флот.

— парировал я, — У России два с половиной миллиона штыков в Европе и ещё три с половиной сотни тысяч в Азии. У Японии — двадцать три линкора. Вместе мы сможем сделать то, что по отдельности выполнить банально не получится.

Наступила пауза. Где-то за стеной заработал телеграф, передавая свои тайные сообщения. Ямагата внезапно встал и подошёл к стене, где висела огромная карта Тихого океана.

— Вот, — он ткнул указкой в середину океана.