Князь поневоле. Большая война

— Я так понимаю, что так по всей линии фронта?

— Именно, — Сретенский отпил чая из большого стакана в серебряном подстаканнике. — Одер не такой широкий. Самое узкое место южнее нас, и можно было бы там прорваться, но там город имеется, так что не получится — уже пытались.

— Газом пробовали выкурить?

— А ты как думаешь? Конечно, пытались, но всё равно надо город равнять с землёй, чтобы туда пехоту пустить, но покамест ещё не получалось. Мы только начинаем огонь пушек на одном месте концентрировать, так немцы моментально контрбатарейную борьбу начинают, что хочется только под землю зарыться и головы оттуда не высовывать.

Понимаешь, о чём я говорю?

Немцы отлично пользовались своим преимуществом в артиллерии и авиации. Действовали слишком хорошо и опытно, закрепившись на одном месте. Неизвестно, что будет, если мы слишком надолго останемся на одном месте. Вполне возможно, что они перебросят часть полков на французский фронт, собираясь продавить полки лягушатников.

Если у них получится собрать достаточного размера ударный кулак, то фронт французов может посыпаться, а затем и британцы могут активизироваться в своём желании высадиться на континент. После начала восстания в Индии у них не так много ресурсов, поскольку приходится держать в колониях значительные силы, но даже так у саксов хватит сил для организации нескольких дополнительных фронтов во Франции, тогда как у страны четырёхсот сыров не найдётся достаточного числа резервов, чтобы удерживать ещё один фронт.

Я стал думать, как прорвать реку. Одер тянулся по всему фронту. Сейчас было важно пробиться, чтобы оттянуть на фронт больше немецких частей. Можно попытаться организовать общее наступление по всему фронту, но очень сомнительно, что ставка решится на такое массовое наступление — слишком сложно, слишком опасно, слишком большие потери.

Идея в голове щёлкнула настолько неожиданно, что мне захотелось подняться, вздёрнуть палец к небесам и заорать «Эврика!».

Конечно, я не был отличным полководцем или древним греческим стратегом, но сейчас идея была слишком хорошей, чтобы не озвучивать её.

В моё время летом шестнадцатого года двадцатого века была совершена одна из самых удачных операций русской армии в Первой мировой Войне. Генерал Алексей Брусилов в тот момент применил абсолютно новаторскую тактику, которая тогда позволила добиться значительного прорыва австро-венгерского фронта.