Книга 4. За семью печатями

Позже десантники ему рассказали, что весь остров был усеян трупами финнов и немцев. Причём фрицы сжимали в руках оружие. Они пытались сопротивляться. Но почему-то не смогли. А ополченцы с острова куда-то исчезли. Подполковник несколько раз пытался их найти, чтобы представить к наградам, но последующие события его отвлекли. И вот, по прошествии многих лет, он опять вспомнил тот случай. И попросил, чтобы ему, старому человеку и бойцу, объяснили, как такое могло произойти? Понятно, что генералу никто ничего толком не объяснил.

Потому что простые люди забыли о своем воинском наследии. А те, кто его помнят и знают, предпочитают молчать. Вот и Добран Глебыч, отметелив кавказцев, ничего о своём умении побеждать в милиции не сказал. Просто продемонстрировал следователю громадную силу! Очевидно, здесь тоже заложен элемент традиции.

«Спросить бы его, может, он знает о тех героях, которые в рукопашной схватке освободили остров от финнов и немцев», – подумал я засыпая.

Когда я открыл глаза, в доме ещё спали, но мне почему-то спать не хотелось.

«Слишком много впечатлений! – думал я. – и ещё мучают вопросы, на которые ответов пока нет».

До меня никак не доходило упорное стремление этой маленькой группы людей сохранить наследие давно погибшей цивилизации.

«Что ими движет? – думал я. – Какая сила заставляет потомков «чуди белоглазой» упорно жить в традиции, которая вот уже тысячи лет на Земле никем не востребована? Да была бы у них жизнь гладкой и безоблачной? Но ведь она всегда отличалась неимоверными трудностями! Но эти люди каким-то образом себя сохранили! Соседи, потомки новгородцев, считают их странными, потому что перед ними фанатики – старообрядцы.

Под такой личиной «выселковские» живут двести с лишним лет. Но под каким камуфляжем они существовали раньше? Например, во времена крещения зырян и Великой Перми, начиная с XIV века по XVII? В ту эпоху здесь, на севере, царила немалая смута. Христианские миссионеры наводнили весь Печорский край вплоть до Урала. Они проникли и далее, но с камня угры их тогда попросили. Не получилось наскоком с вогулами! Как христианские ищейки не нашли спрятавшийся в непроходимых лесах народ белоглазых, остаётся загадкой. Серьёзной загадкой для меня было и другое. По закону жизни веками преследуемый этнос непременно должен деградировать. Утратить свою культуру и накопленные знания. Но судя по тому, что я наблюдал, ничего такого с местными потомками ориан не приключилось. Социальные грозы прошлого их обошли.