Онлайн-библиотека книг
В коридоре затопали ноги. Владимир пил, косясь одним глазом на дверь. Распахнулась, в коридоре мелькали веселые рожи, а через порог шагнули двое. Под руки вели молодую сочную женщину в богатом убранстве. Ее белое лицо слегка подрумянено, крупные навыкате голубые глаза смотрели вопросительно, но без страха.
– А, Златка, – сказал Владимир. Он со стуком опустил братину, рассматривал жену князя Олега, ныне вдову, с жадным интересом. Она в самом деле красивая, как о ней говорили на Руси. Молодое сдобное тело, крупные голубые глаза, нежное лицо без единого изъяна, сочные полные губы, красивая шея и высокая грудь.
Она исподлобья смотрела в его грозно-веселое лицо:
– Я никогда не утешусь. Я вдова.
– Да? – удивился он. – Пошто ж не бросилась в погребальный костер? Были бы в вирии вместе.
Она качнула головой:
– Только Господь дает нам жизнь. Только он волен и забирать.
– Христианка, – сказал он с отвращением. – Что ж, ваш бог велит покоряться любому, за кем сила.
"Ее лицо дрогнуло, он подошел совсем близко, в его темных глазах плясали отсветы адского пламени. Грубая рука сорвала с ее головы платок. Пепельные волосы освобожденно рухнули по спине крупными локонами. От двери послышались довольные ахи, кто-то присвистнул. Она знала, что ее волосы всем девкам на зависть, но вера Христа велит скрывать их, только блудницы показывают волосы мужчинам, а если сорвать платок с замужней женщины, опростать ее волосы, опростоволосить – значит опозорить…
Замерев, она смотрела в его страшное лицо.
Та же хищная рука схватила ее за грудь, боль кольнула так остро, что она охнула и сгорбилась. Владимир другой рукой похлопал по заду, больно сжал, смех его прогремел как ржание здорового сильного жеребца.
– Тверд! – крикнул он. – Тверд, вели подготовить для этой жены бывшего князя комнату. Обязательно рядом с комнатой Юлии.
Лицо Златы смертельно побледнело.
– Для чего… меня сюда… везли…
В дверях загоготали. Владимир сказал с наслаждением, его распирало чувство своей мощи:
– Я теперь князь, понятно?
Он рванул ее за ворот, затрещала ткань. Тавр рыкнул за спиной, дверь захлопнулась. Загремели подкованные сапоги, удалились. Владимир усмехнулся в испуганные молящие глаза молодой вдовы. Потом отошел к столу, сел на край.
