Однако русы, пусть и растянувшиеся в приличной длины шеренгу, несущихся галопом печенегов почему-то не испугались, рой стрел умело приняли на щиты, а когда всадники оказались совсем рядом, тотчас ощетинились копьями.
Собственно, все. Лошадь — животное умное. На копья ни за что не полезет. Схлопнулась атака.
И теперь уже конница киевского князя вступила дело. Луки ведь не только у степняков имеются, а с расстояния в сорок метров даже дружинный детский не промахнется.
И посыпались с коней копченые, которым ответить было уже нечем.
Опустели колчаны.
Хан, однако, и тут не растерялся. Разворот на девяносто, и карьером в степь. Бойцов при нем, правда, осталось не более пары сотен. Но тоже сила изрядная, поскольку — лучшие.
— К нашим, — скомандовал Сергей, увидев последний маневр хоревой.
И галопом с холма."
"Машег — за ним. Обогнал было, но Мар не позволил. Прибавил. Успели вовремя. Сергей спешился, крикнул:
— К нам скачут, готовьсь! — И Мару: — Ложись, мой хороший.
Жеребец повиновался неохотно.
Возбудился. Действия желал: скакать, драться. Еле уговорил.
Печенеги летели птицами. Степь, она к такому располагает. Бескрайний простор, ровное травяное море…
Которое, как и просто море, может хранить в глубине неприятные сюрпризы.
У хана жеребец был самый проворный. Он первым и нарвался. Вскрикнул жалобно и нырнул головой в траву. Хан, отличный наездник, успел. И ноги от стремян освободить, и махнуть через холку, и даже приземлиться красиво, перекатом.
Вот что значит: с двух лет в седле. Но если боги лишают кого-то удачи, то радикально. Скачущий конь даже в галопе на человека старается не наступить. Но не в такой замятне. Из скакавших за ханом половина потеряла скакунов. Вторая половина грудью встретила варяжские стрелы. И грудь эта у подавляющего большинства была защищана только рубахой. Оно, конечно, бывают зачарованные рубахи, которые даже от удара топора защищают, во всяком случае так сказители говорят. Но у печенегов подобных рубашечек не имелось.
Там, куда первым и так ловко приземлился хан хоревой, в считаные мгновения образовалась дикая мешанина из раненых людей и коней. А те, кто сумел сдержать скакунов, растерялись. Вперед — некуда. Сзади — русы и хузары.
«А ведь это удача!» — подумал Сергей.
Такой враг — идеальная возможность опробовать своих в конной схватке!
Мар с радостным ржанием встал на ноги. И сотня дружинных коней немногим от него отстала.
