— Приехали, барин!"
"Князь вылетел прочь, словно его по пятам преследовал огонь. Подал мне руку, не глядя, и довел до особняка. Дворецкий распахнул перед нами двери, и мы вошли.
— Тетушка еще не возвращалась?
— Нет, Ваше сиятельство, — покачал тотголовой.
Я нахмурилась: сколько времени Кира Кирилловна уже провела там? Около десяти часов, если не больше!
— Где графиня Пален? — напряженным голосом спросил князь Хованский.
— Мы утром с ней говорили... решили, что тетушке следует попробовать попасть на аудиенцию к Государю, — ответила я, избегая на него смотреть.
Его отчаянный, горький, невольно вырвавшийся вопрос что-то изменил во мне. Наши отношения и так держались на тонком волоске, а теперь между нами и вовсе выросла стена, ведь я ничего не ответила, промолчала.
Жених вздохнул.
— Считаете, мы сделали глупость? — я все же искоса на него посмотрела, но он покачал головой и повернулся к дворецкому.
— Приготовьте нам чай, — властно велел он, и тот учтиво склонил голову, и ушел, подчинившись взмаху руки.
Мы остались в просторном холле одни. Князь Хованский выглядел так, словно собирался на допрос. Или на плаху. Сосредоточенное, напряженное лицо; залегшая меж бровями глубокая складка; тяжелый, пристальный, направленный на меня взгляд. Он стоял на вытяжку, как будто перед Государем-Императором.
— Георгий Александрович, — позвала я его по имени, что делала крайне редко. — Вы меня пугаете, — и сказала чистую правду, что делала также редко.
— Варвара Алексеевна, — князь с трудом сглотнул — я видела, как дернулся кадык, — видит Бог, я хотел бы, чтобы все сложилось между нами иначе.
.. Ни к чему сейчас поминать старое... Нам нужно пожениться, княжна, и как можно скорее.
— Что?..
— Мы можем обвенчаться завтра же, — заговорил он, явно переступая через себя. — У меня в имении. Есть батюшка, есть церковь.
Мне пришлось опереться ладонью на стену, чтобы устоять на ногах.
Да в своем ли князь уме?!
Глава 30.Ситуация была...
... невообразимой? Дикой? Невероятной?
Мы стояли посреди холла, вернувшись только-только с допроса, где меня едва не обвинили в пособничестве Сержу, и человек, который несколько минут назад спросил, ненавижу ли я его, сейчас настаивал на скорейшей свадьбе?.
.
Усилием воли я взяла себя в руки. В обморок падать было нельзя, хотя хотелось куда сильнее, чем в кабинете обер-полицмейстера.
— Давайте пройдем в малую гостиную, — губы не слушались, но я смогла пробормотать эти слова и, тотчас развернувшись, устремилась прочь из холла.
