– Сама посуди, в первый раз я не знал, что это первый раз. В последний раз я не знал, что это финал, ты вы-гнала меня так быстро, что я опомниться не успел. Наташа, давай доведем расставание до логического конца: последние объятия, последнее прости.
Я шагнул к ней, но Наталья отстранилась от меня вытянутыми руками.
– Не смей прикасаться ко мне! Между нами все кончено. Подумай, какими глазами я буду смотреть на Леню? Что это за начало семейной жизни?
– Да вы еще не начали, так что никакого особенного разврата не будет.
Теперь серьезно. Наташа, я четыре часа слонялся по городу и проголодался как волк. Столовые все закрыты, в общаге у меня шаром покати. Твой долг – покормить меня. Отставим интим в сторону. Я есть хочу, пошли на кухню.
Она долго скептически рассматривала меня и наконец решилась: «Пошли покормлю».
Я покинул ее спустя три часа. Засиделся!
Глава 15. Семья Моисеенко
В Омск я прибыл ранним утром 9 мая. Городские улицы были пустынными. Без проблем и приключений я добрался до школы милиции, пришел на кафедру марксистско-ленинской философии и научного коммунизма.
С конца прошлого года начальником кафедры был Владимир Павлович Моисеенко, в годы учебы – мой научный руководитель, старший товарищ и отец Марины[3].
Марина Моисеенко с детства была девочкой любопытной и раскрепощенной. В седьмом классе она впервые попробовала «запретный плод», и вкус его Марине понравился. В канун наступающего 1981 года Конституция Карловна, мать Марины, решила серьезно поговорить с шестнадцатилетней дочерью.
– Марина, – жестко, как привыкла разговаривать со своими студентами, сказала Конституция Карловна, – тебе не кажется, что к окончанию школы ты превратишься в обыкновенную шлюху? Я в твои годы о сущности половых отношений только догадывалась, а тебе впору практическое пособие на эту тему писать. Марина, так ты скатишься на самое дно и вместо института принесешь в подоле ляльку неизвестно от кого.
– В девках я рожать не собираюсь, за это можешь не беспокоиться, а насчет всего остального… Мама, ты посмотри вокруг, сейчас вся молодежь так живет.
– Ты для меня – не вся молодежь. Ты для меня – единственная дочь, которой я желаю только добра. Если ты считаешь себя взрослой, то, я думаю, адекватно отреагируешь на мое предложение. Мы найдем тебе парня, с которым ты сможешь поддерживать интимные отношения. Я даже соглашусь, чтобы вы встречались у нас дома.
– Я согласна, но этот парень должен быть красивым, умным и не бояться вас. Тебя, мамочка, он не должен бояться.
