Вторженцев героически победят, и он получит мощнейший приток веры, заодно удачно сменив зарвавшегося последователя на более управляемого и послушного.
— Всё равно какая-то херня получается, — возмутилась Ольга. — Боги же вроде за убийство своего должны были прийти мстить… А теперь должны стоять и не вмешиваться?
— Да все понимают, что это фарс чистой воды. Но соблюсти приличия нужно. Эсфес появился и исчез, когда там у него следующий отпуск выдастся. А с Кречетом ещё жить бок о бок в одном пантеоне. Ссориться с ним себе дороже, проще дать ему возможность разыграть свои карты.
В прошлый раз с Отступницей было тоже самое. Нейтралы стояли и наблюдали, пока девочку уничтожали под надуманным предлогом. А за неё вступиться было некому, вот и сделали потом вид, что ничего не было.
— Но во всём этом есть и плюс, — жизнерадостно сообщил Виноград, — пока наблюдатели не засекут божественное вмешательство, Кречет и его компания тоже не полезут. Им предлог нужен. Пернатый разыграл всё как месть рода за своего покровителя, самому себе связав крылья.
Продержитесь пять часов, не реагируя на провокации, и свободны. Правосудие свершилось, всем спасибо, всем пока. Боги вроде бы и ни при чем.
— Я боюсь представить размер провокаций, если для проворачивания этого сценария уже пришлось убить одного из богов, — тихо ответил я. — Да и всегда можно сказать, что вы вмешались.
— Мы, пока что-то убойное не скастуем, не в счет. Артефакты — это мелочи. Мало ли у кого и что в родовых хранилищах завалялось на чёрный день.
А вот если кто-то, — Комаро демонстративно посмотрел в сторону, шаркнув лапкой, — решит случайно какой-нибудь иномирной магией воспользоваться… то подтвердится ещё одно обвинение Кречета в связи Комариных с иномирными вторженцами. Тогда на вас без вариантов весь пантеон ополчится. Общий враг он, знаешь ли, сближает.
— Млять, вас послушать, так я должен стоять мальчиком для битья, огрызаясь из-за стен самой обычной магией и гипнотизировать часы, — возмутился я от вынужденного бездействия.
Комаро с Виноградом переглянулись, и Виноград ответил за двоих:
— Так я для этого тебе Триаду артефактов жизни и установил. Если боги не вмешаются, часа на два её точно хватит, а после я подзаряжу. Посидите в осаде.
Император, до того молча слушавший наш военный совет и не вмешивающийся, вдруг заговорил:
— Убирай нас отсюда, — Пётр Алексеевич грустно смотрел на дочку, видимо, не в состоянии определиться ругать её или благодарить за самодеятельность.
