Посох выковали кузнецы легионов, он состоит из дюжины частей, символизируя единство дюжины провинций, передаваемых в твои руки!»"
"Всё это озвучивал Серв, соединяя части в единое творение. Когда же посох восстал во всю величину, его возложили к моим ногам.
— Он стоял на острие атаки орденов Рассвета и Заката, спасая наш мир, ведя за собой воинов и побеждая даже в самых безнадёжных битвах… — вещал Серв, — ведь он плоть от плоти и кровь от крови ордена.
Он — сын Ирликийского Ангела!
Легионы взревели, приветствуя меня.
Паладины отошли в сторону, и ко мне потянулась процессия племенных братьев с Тайпаной во главе. Эти несли на лоскутах тончайших газовых тканей отливающие золотым блеском фрагменты некой конструкции.
«А это…» — я сам оборвал себя, когда понял, составными частями чего были эти фрагменты. Щит.
— Он стал щитом Великой пустыни. Он завершил вторжение, из-за которого в древности пала великая империя Сашари.
Он — наш защитник, он плоть от плоти пустыни и кровь от её крови, ведь его мать ведёт свой род от народа песка.
По ступеням пирамиды степенно поднималась копия Райаны в традиционных одеждах пустнынников. Её алые волосы трепали порывы ветра, а лицо скрывала вуаль, оставляя в видимости лишь глаза. Она склонилась передо мной, встав на одно колено и поцеловала в лоб, а затем поднялась и, вскинув руку к небу, издала приветственный клич народа песка:
— А-ял-ла!!!
Племена подхватили её клич, затапливая им каждый уголок амфитеатра.
Пустынники расстарались, фрагментов было гораздо больше, чем племён, но щит собирался, на удивление, легко и гармонично. Они будто ночами с закрытыми глазами тренировались собирать из него пасьянс.
Что посох, что щит боевого применения не имели и иметь не могли, но символичности здесь было хоть отбавляй.
Только я не понял, если сам процесс именовали коронацией, то кто возложит мне корону?
Над амфитеатром раздался победный рёв дракона, а следом, заложив вираж, на песок арены приземлился Райо. Его чёрная чешуя сверкала драгоценными камнями на солнце, а крылья могли с лёгкостью накрыть всю пирамиду без остатка.
